Воевал в легендарной кавдивизии

В годы репрессий вся семья Бадрея Зайнуллина волею судьбы попала на Туканский рудник, жили они в восьмиквартирном бараке (ныне это дом № 12 на улице Маячной). Тот барак до сих пор туканцы называют «Бадрейкин барак». Глава семьи работал на Туканском рынке в должности «базарком» (то есть заведующий рынком).
В 1937 году Садрея Бадреевича призвали в Красную Армию, где он отслужил положенные четыре года. Вернулся домой, но вскоре мирная жизнь прервалась, в июне 1941 года фашисты перешли границу СССР и началась Великая Отечественная война. Из семьи Зайнуллиных на фронт ушли братья Садрей и Сахбей.
Выписка из книги «Память»: «Зайнуллин Сахбей Бадреевич, 1922 года рождения, уроженец Макаровского района. Участвовал в ВОВ с 10.12.41 г. по 18.02.42 г. в составе 242-го стрелкового полка. С 18.02.42 г. по 15.04.44 г. находился в плену, сбежал из плена. С 27.04.44 г.
по 20.07.44 г. воевал в составе 40-го гвардейского стрелкового полка. Уволен по ранению в 1944 году. Командир отделения, сержант. Награжден медалью «За победу над Германией». Проживал в п.Тукан, работал на руднике машинистом насоса.
В 1977 году (спустя более 30 лет) Сахбей за проявленный героизм в годы войны был награжден медалью «За отвагу». В 1985 году - орденом Отечественной войны 1-й степени. В семье племянники называли Сахбея «дядя Серёжа».

Садрей Бадреевич ушел на фронт из Тукана, став бойцом 275-го кавалерийского полка под командованием генерала Тагира Таиповича Кусимова 112-й Башкирской кавалерийской дивизии (с 14 февраля 1943 года 16-я гвардейская кавалерийская дивизия), которой командовали знаменитые генералы Великой Отечественной войны: Минигали Мингазович Шаймуратов, Григорий Андреевич Белов.
Война для Садрея, как и для многих мужчин, стала суровым испытанием на мужество, стойкость, отвагу, смекалку. Медаль «За отвагу» он считал одной из главных своих боевых наград. Садрей Зайнуллин отличился при форсировании Днепра в сентябре 1943 года. Переправа через Днепр 112-й Башкирской кавалерийской дивизией в сентябре 1943 года происходила севернее села Дымарка. Ширина реки в этом месте доходила до 600 метров, а течение достигало двух метров в секунду (в настоящее время село Дымарка входит в Иванковский район Киевской области Украины).
Вместе со своим полком он прошел боевой путь от Сталинграда до Берлина, видел красное знамя над Рейхстагом. Садрей Бадреевич был свидетелем Великой Победы советского народа над фашизмом: в день Парада Победы 24 июня 1945 года он находился в Москве в подразделении по охране порядка на улицах. Как вспоминал сам ветеран, этот момент ему запомнился как самый яркий и эмоциональный в его жизни.
Во время войны Садрей Зайнуллин получил контузию и дважды был ранен, после одного из ранений находился на лечении в Дёмском госпитале. Последствия контузии с годами дали о себе знать: его мучила бессонница, лицо было чуть перекошено. Его дочь Уркия вспоминала, что губы отца всегда кровоточили, он их смазывал вазелином.
Окончил войну в звании старшего сержанта. После демобилизации в июне 1946 году Садрей вернулся домой. Брат Сахбей тоже пришёл домой. Многие туканские девчата сохли по красавцам – братьям Зайнуллиным. Сельчане говорили: «Идут по улице женихи-кавалеры – выправка военная, в черных длинных пальто и до блеска начищенных яловых сапогах».
Но когда Садрей решил обзавестись семьей, невесту сосватали для него боевые товарищи (с родственником будущей жены он воевал на фронте). Женился на красавице Зулхие (уроженке Нижнего Арметово Макаровского района) из семьи Сирая Каримова – известного охотника тех краёв. Зулхия называла себя дочерью охотника и не хуже мужчин разбираясь в охотничьем промысле.

Молодые поселились в Тукане в небольшом домике на улице Чапаева. Семья росла, места не хватало. Стали они искать дом побольше и нашли по меркам Тукана, наверное, самый просторный. В то время из посёлка уезжала семья Рыжовых, сам Рыжов работал главным инженером в рудоуправлении. Вот у них Зайнуллины за 700 рублей и купили большой дом с высокими потолками на улице Ленина (в 1966 году это были большие деньги). К тому времени у Садрея и Зулхии уже было восемь детей: Саяхитин, Фахретин, Уркия, Фадхитин, Фарида, Альфия, Расуль, Мансур. Потом родились Эльмира и Шамиль. А всего в их семье родилось тринадцать детей, к сожалению, трое умерли в младенчестве.
31 августа 1977 года Зулхия Сираевна Зайнуллина (15.05.1927 - 24.06.1998 гг.) была удостоена звания «Мать-героиня», ей торжественно в клубе посёлка вручили орден.

О своей семье, родителях вспоминает Уркия Садреевна Боровкова (1954 г.р., в настоящее время она живёт в Новосибирске): «Родители были красивой парой. Отец среднего роста, щупленький, лицом приятный. Мама - красавица, густые волосы, брови дугой, щеки румяные. По характеру - весёлая и спокойная. Они очень любили друг друга, хотя между ними было 10 лет разницы. Относились друг к другу с уважением. Мы, дети, никогда не слышали, чтобы родители ругались. Отец работал в пожарном депо, охранником на «заряжалке» (складе взрывчатых веществ). Мама - домохозяйка. Она была мастерицей на все руки: и пряла, и ткала, и шила, и вязала шикарные шали, коврики из полосок ткани, шила лоскутные одеяла. А как вкусно готовила! Её, отличную стряпуху, приглашали собирать столы на праздники. Дома был всегда идеальный порядок и много комнатных цветов. Любовь к цветоводству от матери передалась и детям, особенно любит заниматься цветами сын Фатик (его так ласково называют в семье). Все удивлялись: как при столь большой семье содержать всё в чистоте и порядке? У нас старшие водились с младшими, подрастая, каждый знал свои обязанности по дому и двору. Дочери помогали матери в избе, огороде, саду, а сыновья - отцу управляться со скотиной, ездили на заготовку дров и сена, чистили снег. Чтобы прокормить и одеть всех, хозяйство держали большое: лошадь, две коровы, овцы и всякая птица (гуси, утки, куры). Выращивали много картошки на полевом огороде, овощей на приусадебном участке, капусту квасили бочками. Рубить капусту собирались несколькими домами. Сначала у одних, потом у других. У нас были хорошие соседи: Красавины, Жвыкины (дядя Алексей тоже участник войны). На лошади отец подрабатывал извозом сена и дров. В то время тариф на подвоз составлял 4-5 рублей».
Из воспоминаний дочери Альфии Садреевны (она живёт в Магнитогорске, работает в типографии): «Отцу, можно сказать, посчастливилось: в феврале 1978 года он съездил на встречу однополчан в Уфу. Очень переживал по поводу приглашения на мероприятие: вдруг что-то не так (оставался страх со времён репрессий). Встреча была организована по инициативе командира 275-го кавполка, Героя Советского Союза Тагира Таиповича Кусимова. Но приехал оттуда отец довольный. Было волнительно встретиться спустя более 30 лет с боевыми товарищами, узнать, как сложилась их жизнь. Конечно, было много фронтовых воспоминаний. Всем собравшимся подарили на память о встрече подарки, отец привез тогда одноместную палатку (мы её брали потом на сенокос) и торшер (он пытался его засунуть в чемодан и повредил немного), который долгое время стоял в доме, напоминая о поездке в Уфу. Фото с той встречи можно найти в книге Рамазана Утягулова «Беркуты Ирандыка» (издательство «Сибай», 2012 г.), которая рассказывает о доблести и героизме воинов-кавалеристов 112-й Башкирской кавдивизии. А после поездки, возможно, пережив сильное эмоциональное волнение, отец заболел и в июне 1978 года умер.
На стене в нашем доме весел портрет Иосифа Сталина. Несмотря ни на что, отец относился к этому человеку с великим уважением. С именем Сталина они шли в бой. Также с почтением он вспоминал генерала Григория Белова и командира полка Тагира Кусимова.
Отец не злоупотреблял спиртным, ему хватало рюмки, чтобы начать рассказывать о том, как он воевал. Но вспоминал он только хорошее, а когда всплывало что-то плохое, плакал, не стесняясь слёз. В эти минуты дети сидели тише воды.
Он очень любил лошадей, бывало, зацелует своего белого Буяна, не подходил к нему без куска хлеба. Не допускал, чтобы лошадь была голодной.
Как глава семьи, отец был строгим, но никогда не повышал голос и не поднимал руку на нас. Хватала одного слова, и мы всё понимали. Нас воспитывали в строгости, но не в страхе.
Отец и мать были заботливыми родителями. Мы всегда были аккуратно и чисто одеты, за этим следили строго. Зимой отец проверял нашу обувь и ставил на печку сушить.
Родители своим примером воспитали в нас трудолюбие, порядочность, аккуратность, жизнелюбие и жизнестойкость. Наш дом был гостеприимным. Вечерами собирались на посиделки гости (помним Хусаиновых): разговаривали, рассказывали байки и анекдоты, пели песни, женщины вязали, потом пили чай из самовара (каждый гость приносил гостинцы с собой). Спиртное было в малом количестве и только по большим праздникам. Так проводили зимние вечера, то в одном доме, то в другом.
Мы, дети, занимались своими делами, не влезали в разговоры старших, иногда подслушивали их беседы.
Помню, первый телевизор «Рекорд» купил старший брат Саях, когда начал работать. Для нас всех эта была радость».

В Тукане татарских семей было не много, но семья Садрея и Зулхии Зайнуллиных хранила свою национальную идентичность.
На кладбище Тукана рядом с родителями и дедами похоронены трое сыновей Садрея и Зулхии.
Все дети, став родителями, бабушками и дедушками, помнят тех, кто подарил им жизнь, знают, как достойно, хоть и нелегко они прожили свои годы, воспитали и выучили их, оставив о себе добрую память. Фотографию Садрея Бадреевича можно увидеть в рядах Бессмертного полка во многих городах России, куда уехали его потомки. Они гордятся своим дедом и прадедом.
В Тукане в доме Зайнуллиных, что на улице Ленина, уже несколько лет никто не живёт. Дом стал приходить в негодность, но в этом году дети общими усилиями сделали там ремонт, чтобы сохранить родовое гнездо для себя, внуков (а их 16) и правнуков. Сделали, чтобы было куда приезжать, собираться большой дружной семьёй и вспоминать свое счастливое детство.

Материал подготовлен Мариной АВЕРЬЯНОВОЙ. Фото из архива семьи С.Б. ЗАйнуллина.

Ещё больше новостей – на нашем канале. Читайте нас в Телеграм https://t.me/belrab