+19 °С
Облачно
Антитеррор
АТП в Белорецке встает на ноги?
Все новости
Общество
21 Апреля 2020, 21:55

Они были героями, а не жертвами

Александр Дмитриев: "Недавно на страницах газеты была напечатана статья об инициативе увековечивания памяти жертв политических репрессий в Белорецком районе. Инициатива актуальна. Главное, что данная идея родилась от гражданского общества и думаю, она найдёт поддержку у многих белоречан".

В своей жизни я часто сталкивался с людьми, выходцами из спецпоселений. Как правило, это были личности. Многие работали руководителями предприятий, были настоящими специалистами, учёными и просто хорошими людьми. Их объединяла трудная судьба, но они нашли в себе силы и преодолели всё, стали людьми с большой буквы. В качестве яркого примера: в 80-е годы во всём Советском Союзе была единственная женщина - капитан судна. И она была выходцем из Белорецкого спецпоселения.
Расскажу о типичной судьбе человека того времени. Отец моего тестя Александра Гурьевича Починок жил в деревне Байдаковка Давлекановского района. Еще подростком он пошёл в батраки к одному зажиточному немцу. Работал, как говорится, за харчи несколько лет. При этом хозяин его учил ведению хозяйства, западным агротехникам, кузнечному ремеслу. Когда закончился оговоренный срок, немец выделил работнику необходимую сельхозтехнику для ведения хозяйства. Молодой Гурий стал работать самостоятельно, благо земли в Башкирии хватало. Уклад его жизни не изменился даже после революции, Гражданская война обошла деревню стороной.Жил Гурий с семьей своим трудом, но наступила коллективизация. Всё нажитое отняли, семью посадили на подводы и увезли в спецпосёлок. Его сыну Александру в то время было десять лет. Старший брат Саши уже женился и жил отдельно, его не раскулачили. Младшему разрешили жить в семье брата, но он очень скучал по родителям. Дождавшись лета, сбежал, решил пешком идти в Белорецк к родителям.У меня до сих пор не укладывается в голове, как десятилетний мальчик пешком, через горы и леса, пришел в Белорецк из западной Башкирии. На мои вопросы, как он это сделал, Александр Гурьевич спокойно отвечал, что были конные дороги, тропы. А главное, были добрые люди: кто накормит, кто подвезёт, а кто и на ночлег оставит. Так и пришёл.Александр Гурьевич вспоминал, что в спецпосёлке порядки были строгие: постоянные вечерние переклички, проверки, наказания за провинности. Комендант часто закрывал провинившихся «в тёмной», но при этом он был по- своему добрым человеком. Подростков раз в месяц даже отпускал в город на танцы.В спецпоселениях были и школы. Александр Починок закончил школу, получил разрешение поступить в педагогическое училище. После окончания учёбы был направлен в спецпоселение за 18 километров от дома. Учителя были нужны всегда и везде. До работы от добирался пешком, шел три часа в один конец.Потом началась война. Александр сумел хитростью уйти в армию, в дороге из-за неразберихи начала войны документы его потерялись. Направили парня в танковое училище. После окончания учёбы – фронт, тяжелое ранение, госпиталь. После лечения он был направлен на преподавательскую работу в военное училище. Учил молодых бойцов ведению танкового боя. Вдруг стало известно, что Александр Починок - сын раскулаченных, лишенцев гражданских прав. Нашлись потерянные документы, раскрылся обман. За ложь в отношении командования и партии в то время - трибунал, в лучшем случае - штрафбат. Александру Гурьевичу повезло: учли боевые заслуги и то, что он смыл свою вину кровью. Ограничились разжалованием до младшего лейтенанта и строгим выговором по партийной линии. Документы об этом наказании до сих пор хранятся в семье. Закончилась война, Александр Починок уволился из армии. Потом была учеба в институте, работа учителем, завучем, директором школы…
Подобные судьбы - у тысяч детей, которые стали жертвами политических репрессий. Кто-то сломался, но большинство выстояли. Меня всегда удивляло то, что люди, выросшие практически за колючей проволокой, испытали на себе столько несправедливости, жестокости, но при этом не озлобились ни на власть, ни на страну. Их доброте можно учиться, они стремились жить и развиваться. А главное - никто не чувствовал себя жертвой.
Сейчас на канале «Россия» идет фильм «Зулейха открывает глаза», где в художественной форме рассказывается о репрессиях 30-х годов. Не буду обсуждать достоинства фильма, но уже в первых его сериях показана бессмысленность всех жертв. Зачем-то раскулачили, куда-то везли полгода. Никому не нужны были эти люди… Но исторически всё было не так! Была поставлена великая задача - индустриализация страны. Без её решения можно было забыть о сохранении страны, о выигрыше в Великой Отечественной войне. Для победы нужны ресурсы, в первую очередь людские. В большинстве своём жители страны того времени - крестьяне. Как их заставить работать на стройках индустриализации? Первое – заинтересовать материально, но в стране не было денег платить большие зарплаты. Оставался второй путь - заставить. Такой опыт в России уже был, первые заводы на Урале строились подневольными людьми. Заводчики просто покупали крепостных крестьян и насильно везли на Урал. В принципе, большевики не придумали ничего нового. Именно индустриализация страны была одной из главных причин раскулачивания в 30-е годы. Да, это было негуманно, жестоко, несправедливо, наконец! По сути - рабский труд. Раскулачивали семьями, вывозили с детьми. Но первое, что строили в спецпоселениях - школы. На крупных стройках (Магнитогорск, Уралмаш, Челябинский тракторный завод) открывали техникумы и институты. Тем самым давали возможность детям раскулаченных учиться, чтобы занять достойное место в жизни. Чувствовали они себя жертвами политических репрессий? Да, конечно. В душе сидела обида за несправедливость. В то же время было и другое - причастность к великим событиям, которые происходили в стране. Большинство рабочих в том же Магнитогорске считали себя первостроителями. И с гордостью носили это почётное звание.
С великими стройками понятно. Теперь вернёмся к спецпоселениям в Белорецком районе. Любой стройке необходим металл. Надо было быстро нарастить его выпуск на уже существующих заводах. Одним из таких предприятий был Белорецкий металлургический завод. Для роста выпуска металла требовалось сырье – руда, уголь (в то время - древесный), флюсы и огнеупоры. Для снабжения завода сырьем в 20-е годы срочно строятся узкоколейные железные дороги в Тукан и Инзер. Первая должна была обеспечить доступ к Комарово-Зигазинскому месторождению бурых железняков. Вторая - к древесному углю. Нужны еще и трудовые ресурсы. Для решения этой задачи и были организованы спецпоселения. Труд переселенцев способствовал увеличению выпуска металла в стране. В Белорецке уже к 1935 году производство чугуна к уровню 1913 года выросло в 9 раз, по мартену - в 2,5 раза, по прокату - в 2 раза. Практически полностью обновилось метизное производство. От гвоздей и телеграфных крючьев заводчане перешли к выпуску высококачественной проволоки и канатов. В 1933 году стали выпускать пружинную проволоку, которая раньше производилась только в США. А наша парашютная проволока оценивалась по качеству выше, чем импортная.
Термин «жертвы политических репрессий» стал широко применяться в 90-е годы либералами. Их цель - «раскоммунизация страны», чтобы в памяти россиян не осталось ничего светлого о Советском Союзе. Политические жертвы - козырная карта для достижения этой цели, этим либералы пользуются до сих пор. Мы просто обязаны установить в городе мемориал памяти жителям спецпереселений! И он должен быть воздвигнут не только жертвам политических репрессий, но и людям, на плечах которых была осуществлена промышленная революция. Благодаря тем, кто мужественно сражался и погибал на фронтах, а в тылу сутками не отходил от станков, забывая про личные обиды, сохранили страну и победили в той войне.
Мы должны не только увековечить память, но и рассказать об их страданиях, тяжелейшем труде и подвигах. Несмотря на все лишения, они остались людьми. На таких примерах должны воспитываться наши граждане. Может, это звучит помпезно, но это правда жизни.
Сейчас обсуждается вопрос о расположении данного мемориала, многие предлагают установить его в сквере у Вечного огня. По-моему, это место уже перегружено как в смысловом, так и в архитектурном плане. На мой взгляд, этот памятник не должен носить черты парадности, для него больше подходит, например, сквер напротив бывшего родильного дома.Знаю, что многие люди города и района откликнулись на идею увековечить память спецпереселенцев. Чтобы претворить эту идею в жизнь, нужно сделать её общегражданским делом: широко обсуждать местоположение, содержание, делать эскизы. Для принятия окончательных решений можно провести голосование через интернет или с помощью смс.
Мне вспоминается один из рассказов моего тестя Александра Гурьевича Починок. Зашел он как- то навестить своих родителей, которым тогда было уже за девяносто. Пообщались, мать пошла провожать сына. Посмотрела на него и неожиданно сказала: «Может быть, Сталин был прав, что нас раскулачил в свое время. Вот ты при пальто и шляпе, при должности. Да и остальные дети нашли свое место в жизни. Пенсию нам платят. А иначе мы так и ковырялись бы в навозе».Пути Господа неисповедимы. Мы никогда не знаем, для чего даются человечеству испытания. Наверное, для самоочищения. Для пересмотра ценностей.
Александр Дмитриев.Фото из семейного архива
Читайте нас: