Как бороться с социальной болезнью

А еще зелёный змий способен прицепиться в качестве хронической болезни. В таких ситуациях хорошо разбирается врач психоневрологического диспансера Рада Исаева.

- По итогам прошлого года с диагнозом хронический алкоголизм мы поставили на учет в два раза больше пациентов, чем в 2017-м, – говорит Рада Юрьевна. - Ежегодно в нашей картотеке появляются 30-40 новых заболевших. Это на 80% люди трудоспособного возраста. Стать зависимым от алкоголя можно в любом возрасте. Есть в наших списках и инвалиды, и такие, кто не хочет работать. Спиваются и специалисты, с которыми рассчитываются алкоголем. Часто алкоголиками становятся работающие неофициально.

- Может быть, вы стали более скрупулёзно относиться к их лечению?

- В большей мере я считаю, что это свидетельство неблагоприятной ситуации не только в городе и районе, но и стране. Мы же руководствуемся удельным показателем: число заболевших на тысячу жителей. Учитывая естественную убыль населения, обычное для каждого года, увеличение числа заболевших выглядит устрашающе. К тому же и уровень смертности у таких больных высокий. Алкоголизм - это социальная болезнь, поэтому мы, прежде всего, исходим из того, что таким людям надо помогать. Для этого в ПНД работают нарколог и психолог.

- Что конкретно Вы можете сказать о пациентах?

- Это люди, обратившиеся за помощью сами, но чаще - под давлением родственников. Приходят к нам после лечения в стационаре. Им назначают поддерживающее лечение и диспансерное наблюдение. Есть разные по психотипу личности - ведомые и лидеры. Изучаем историю их болезни. Некоторые говорят: пришел отмечаться. Нам приходится объяснять, что врачи хотят вернуть их к здоровому образу жизни, добиваясь ремиссии. Есть пациенты, которые чувствуют, что скоро сорвутся и уйдут в запой. Таким помогать легче. Как и для других болезней, здесь характерны периоды обострения. Если в течение трех лет пациент ведет здоровый образ жизни, мы прекращаем наблюдение. Но есть такие, кто может всю жизнь не ощущать себя больным и не получать помощь. Его спрашиваешь о симптомах, отвечает: нет, я не болею. А почему через два месяца снова к нам пришел? – Ну, это случайно. Такие никогда не признаются, что у них хроническая зависимость. В их проблеме всегда кто-то виноват: жена, работники, коллеги по работе, негодяй-начальник, дети, которые треплют нервы, медицина, государство, правительство... Все виноваты. Любые мотивировки годятся для выпивки. Редкие пациенты могут критично оценивать свое состояние. Еще реже говорят, что боятся алкогольного срыва. Если человек понимает, что с ним происходит, - это половина успеха. И лечиться насильно заставить невозможно. Все эти люди зависимые, и не надо об этом забывать.

- Как бы там ни было, практически каждый из нас в молодости лично знакомится с алкоголем.

- Да, нам приходится работать даже с детьми, есть и 13-летние пациенты. Пока мы контролируем поведение этих несовершеннолетних. Для читателей газеты напомню, что практика и научные исследования предупреждают: кто пробует алкоголь в 15-16 лет, рискует получить в недалеком будущем прочную алкогольную зависимость. Так что ни в коем случае не пытайтесь давать детям алкоголь! Если в семье нет доверительных отношений или много недосказанности, безразличие, тщательно или неумело скрываемые проблемы, ребенок это чувствует и легко уходит в среду, где ему легче и удобнее. Конечно, существует и наследственный фактор. Если ребенок наблюдает регулярные выпивки родителей, он приносит этот образ жизни в свою семью.

Обычной ситуацией принято считать, когда 19-20-летние студенты отмечают день рождения и на пятерых выпивают бутылку вина. При отсутствии привычки молодые люди получают легкое опьянение. Для любого человека – это радость, блеск в глазах, снятие барьеров, благодушие, легкость общения. Но если интерес к выпивке мимолетный, алкоголь не в состоянии перебить главные мотивы – успевать в учебе, следить за своим здоровьем, приходить с ясной головой на работу, контролировать любую ситуацию. Нам же приходится иметь дело с людьми, у которых сформировалась зависимость и пристрастие к алкоголю.

- В завершение поговорим об анонимности вашей службы.

- При социализме фамилии гуляк и пьяниц даже вывешивали на доске позора. Сегодня поставить человека к нам на учет - серьезный психологический удар. Поэтому передать сведения о ком-либо мы можем лишь по письменному запросу следователя или прокурора. Даже на просьбы полиции предоставить списки наших пациентов отвечаем отказом. Это врачебная тайна и закрытая информация. Мы должны помочь людям социализироваться, устроиться на работу. Как вы знаете, ограничений для поступления на работу сейчас намного больше, чем в прежние годы. Никто не желает брать на работу человека, имеющего зависимость. И это становится одной из причин, чтобы снова сорваться в запой. Поэтому давайте относиться друг к другу бережно.