Суд защитил права близких погибших бойцов

Истец указала, что ранее решением суда она признана фактическим воспитателем погибшего, так как совместно с его отцом воспитывала погибшего бойца, хотя и не состояла в зарегистрированном браке. В марте 2023 года ее сын (фактически - воспитанник) погиб при выполнении боевых задач в зоне проведения СВО будучи военнослужащим по контракту с ЧВК «Вагнер». Указом Президента Российской Федерации от 15.06.2023 г. он посмертно был награжден государственной наградой - медалью «За отвагу». Чтобы получить удостоверение ветерана боевых действий на члена семьи погибшего истец обратилась в военный комиссариат, однако ей было отказано (на основании, что она не являлась членом семьи погибшего и не находилась на его иждивении). Для установления пенсии по потери кормильца она обратилась в отделение фонда пенсионного и социального страхования, но и там получила отказ, поскольку не было подтверждено пребывание умершего кормильца в добровольческом формировании.
Судом было установлено, что сын (фактически воспитанник) истца, имевший правоотношения с частной военной компанией «Вагнер» (как организацией, содействующей выполнению задач, возложенных на Вооруженные Силы Российской Федерации), в силу Федерального закона «О ветеранах», имеет статус ветерана боевых действий, награжденного медалью «За отвагу» (посмертно), также устанавливает единые гарантии и защиту как биологических родителей, так и фактических воспитателей.
При указанных обстоятельствах, суд обязал ФКУ «Военный комиссариат Республики Башкортостан» выдать удостоверение члена семьи погибшего (умершего) ветерана боевых действий, а отделение фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по РБ назначить истцу пенсию по случаю потери кормильца в связи со смертью сына, погибшего в марте 2023 года в ходе проведения специальной военной операции.
Решение суда в законную силу не вступило.

Рассмотрено гражданское дело о признании фактическим воспитателем военнослужащего, погибшего в ходе проведения специальной военной операции
Заявитель указал, что более 14 лет воспитывал сына соей супруги с момента начала совместного проживания и до призыва в Вооруженные Силы РФ, а далее до момента заключения контракта с Министерством обороны РФ проживал с заявителем и его матерью. Просил суд признать его фактическим воспитателем погибшего в ходе проведения СВО.
Изучив материалы дела и выслушав свидетелей, суд пришел к выводу, что заявитель действительно являлся фактическим воспитателем своего пасынка с 7-летнего возраста и до его совершеннолетия. При указанных обстоятельствах суд удовлетворил заявленные требования: признал заявителя фактическим воспитателем (в течение не менее пяти лет до достижения совершеннолетия) военнослужащего, погибшего в ходе проведения спецоперации 15 декабря 2025 года.
Решение суда в законную силу не вступило.

Гульнара КОЧЕНОВА.

Ещё больше новостей – на нашем канале. Читайте нас в MAX