Старая книга

Едва появившись на свет, ощутила на себе человеческие руки, которые ласково погладили меня и перелистали страницы. Их обладатель - пожилой человек в очках - зачем-то понюхал меня и, улыбнувшись, произнес: «Красота». Затем бережно поместил в коробку к точно таким, как я, книгам.

Это позже узнала, что такое человеческие руки. Прикосновения скольких ощутила на себе, не счесть: и приятных, бережно перелистывающих мои страницы, и равнодушных, просто откладывающих меня в сторону, и совсем противных, жирных, не мытых после еды, и жестоких, что-то записывающих, рисующих, загибающих углы страниц, а то и вовсе вырывающих их из меня. Это было потом, а пока...

Пока меня куда-то долго везли. Потом женские руки извлекли меня из коробки. Это были руки библиотекаря, их я ощущала на себе почти всю свою жизнь. Я никогда не задерживалась на стеллажах, как некоторые другие. Не успею привыкнуть к одним рукам, как тут же перехожу в другие. Часто слышала от их обладателей: «Занятная книжонка». Или восторженное: «Вещь!» Очень часто не позволяли мне выспаться. Освещая то настольной лампой, то фонариком под одеялом. А иногда я лежала забытая где-нибудь и слышала недовольный голос: «Достали своим чтением!»

Такое продолжалось на протяжении многих лет до тех пор, пока однажды не услышала: «Да, совсем постарела подруга. Уж и так, и эдак лелеяла, голубила. Видно, твой черед пришел. Ничего не поделаешь...» Погладив и прижав к себе, библиотекарь записала что-то в журнал и отложила меня к таким же бедолагам. Новая соседка сказала со вздохом: «Вот и еще одна горемыка...»

Печально улыбнувшись, она продолжила: «На этом наша жизнь заканчивается. Мы уже не книги - макулатура. Мало кто избегает этой участи».Мне же несказанно повезло. Немолодой человек обратил на меня внимание. Присвистнул и: «Всю жизнь желал стать обладателем этого раритета! Могу обменять на любую другую книгу?» Библиотекарь сквозь очки удивленно взглянула на посетителя: «Да она уж больно сильно истрепана, но если так вам необходима, забирайте. Избавьте бедолагу от безысходности».

Так началась моя новая жизнь. Чудаковатый хозяин долго «колдовал» надо мной. И вновь я стала нужной читателям. Исчезли из моей жизни противные, безразличные, жестокие руки. Стала я желанным гостем в семьях навещающих моего друга ребятишек.

Валерий Третьяков

Фото из открытых источников