Встреча с президентом Национального медицинского исследовательского центра эндокринологии Иваном Дедовым

И.Дедов: Спасибо, Владимир Владимирович, прежде всего, конечно, за встречу ‒ знаю Ваше бесценное время.

Действительно, я пришёл порадовать Вас и порадоваться вместе. Недавно состоялся международный конгресс [эндокринологов]. Не только [специалисты по] сахарному диабету – все были по эндокринопатии.

Впервые в мировой литературе мы обосновали принципиально новую теорию развития аутоиммунных заболеваний.

На самом деле иммунная система создана эволюционно для того, чтобы уничтожать всё чужеродное, и вдруг иммунная система начинает атаковать самые жизненно необходимые органы. Бета-клетки поджелудочной железы – сахарный диабет, они продуцент инсулина, щитовидная железа – это интеллект, надпочечники – это вообще стресс и система, которая выдерживает, мозжечок – рассеянный склероз. Практически все системы [затрагиваются].

Поэтому последние сто лет ведётся поиск: в чём дело, почему иммунная система так агрессивно ведёт [себя] против своих кровных клеток?

Были генетические теории, были, конечно, прежде всего «наезды» на иммунную систему, что она «злодейка» какая-то. Изучая много лет, как идёт становление и в филогенезе (это не то что мы только сегодня эту область изучаем), и в онтогенезе, мы пришли к выводу, что главной причиной является функциональная несостоятельность ключевого периферического звена: щитовидной железы или бета-клеток. То есть они не вырабатывают достаточное количество инсулина, чтобы обеспечить энергией не только весь организм, но главное – мозг. Мозг – это главное действующее звено. Заснул я – это тело, проснулся – это уже вроде бы Иван Иванович на самом деле. И мозг потребляет половину всей глюкозы, которую мы потребляем, 50 процентов, не имея при этом ни одного грамма запасов. Перекрыть на пять-семь минут подачу глюкозы… Мозг только глюкозу потребляет в качестве энергии, не жиры, не белки, только глюкозу. Поэтому, естественно, ситуация складывается, когда бета-клетки функционально не могут обеспечить очень интенсивно работающий мозг или развивающийся мозг.

Родители иногда говорят: «Ну как же так, дедушка с бабушкой здоровы, мы здоровы, ребенок в 9-м классе, отличник, в музыкальной школе учится…» Короче говоря, перегрузки такие для мозга, которые когда-то эволюционно, генетически не были заложены. И конечно, это главная причина, начинать именно с того надо, а не то что нужно как-то ограничить иммунную систему и так далее.

На первой картинке [презентации] я как раз показываю Фредерика Бантинга – первого, кто спас сто лет тому назад ребёнка, спас Леонарда Томпсона, введя ему впервые инсулин, полученный из поджелудочной железы телят. Это сейчас генно-инженерный инсулин.

А сегодня, конечно, – посмотрите, следующая страничка, – это фантастический шаг: ребята имеют сенсор под кожей, который каждую секунду на смартфоны посылает родителям [данные], и маленькая помпочка, которая поставляет [инсулин].

К большому сожалению, нарастает всё-таки [заболеваемость]…

В.Путин: Почему?

И.Дедов: Нарастает, я думаю, что это не генетика. Генетика настолько стабильная, настолько консервативная. Это эпигенетический фактор. Это разное. Тревоги, всевозможные психологические нагрузки и так далее, это и приводит… (Демонстрируя презентацию.) Мы здесь находимся, Владимир Владимирович, [в рейтинге,] а вот финны, норвежцы, датчане. Самый высокий процент сахарного диабета – Финляндия.

В.Путин: Почему?

И.Дедов: Развивалось таким образом, что неандертальцы – это охотники. Это в основном, конечно, мясная пища, мясо, углеводов практически нет. А сапиенты, homo sapiens, поднимались с Африки, они поднимались как раз с тех регионов, где уже было земледелие, многообразное питание, и углеводов было много, потому что для развития мозга нужны углеводы, особенно для творческой деятельности. Ведь сахарным диабетом второго типа миллионы болеют, но тех, кто занимается физической работой, – всего один процент. Все остальные – это люди творческого труда. Сегодня на планете около одного миллиарда больных диабетом – это люди творческого труда. Мозг требует всё время всё больше и больше глюкозы. Излишки уходят в определённые места в виде жировых запасов.

Что здесь произошло? Они соприкоснулись, сапиенты и [неандертальцы], как раз в зоне Финляндии. Соприкосновение продолжалось 100 тысяч лет, и помаленечку сапиенты всё-таки их отодвинули. Отодвинули почему? Потому что они более творческие были, у них было разнообразие еды, и были углеводы. И вот здесь, на следующей странице, изображено, как неандертальцы, охотники, питались преимущественно мясом, поддерживали, конечно, минимальный семейный социум, начальное творчество, они писали что-то на скалах. Сильные, смелые, умные, но были доверчивыми, наивными и простодушными, как у нас некоторые, особенно Крайний Север.

А homo sapiens – это уже неограниченный доступ к углеводам. Это уже творческая работа, развитие творческого мозга, коллективизм, творчество, сложный социум. Сильный, смелый, умный, но хитрый, предприимчивый, коварный, вероломный. Вот эти качества, конечно, homo sapiens до сих пор несёт, естественно совершенно, особенно отдельные виды.

Финны оказались как раз на грани этого столкновения. Они исторически были собирателями, и поджелудочная железа была минимально развита. А когда тут супермаркет, условно говоря, многообразие углеводов, то, естественно…

http://www.kremlin.ru/