Откликнитесь, ваше сиятельство!

Белорецкий поисковик Галина Васильевна Родионова, с которой мы давно и прочно сотрудничаем, обнаружила в одной из метрических книг следующую запись: «1868 г., октябрь. 21 числа умер, а 24 числа погребен проживавший в Белорецком заводе отставный генерал-майор Михаил Антонов фон Беринг, 68 лет, от воспаления желудка. Исповедовал и святых тайн приобщал священник Григорий Евладов. Погребение совершал священник Григорий Евладов с дьячком Ивановым и пономарем Бобровым на приходском кладбище». Метрическая книга церкви о рождении, бракосочетании и смерти жителей Верхнеуральского уезда: завода Белорецкий за 1868 год.
Галина Васильевна первой стала искать дополнительные сведения в открытых источниках и нашла материалы верхнеуральского краеведа Александра Вернигорова, который давно исследовал эту тему.
Вот выдержка из его работы:

Витус Беринг (1681-1741) - знаменитый российский мореплаватель, русский Колумб, капитан-командор. По происхождению датчанин. С 1725-го по 1730-й и с 1733-го по 1741 год руководил Первой и Второй Камчатскими экспедициями. Прошёл по проливу между Чукоткой и Аляской (впоследствии названный Беринговым проливом), достиг Северной Америки и открыл ряд островов Алеутской гряды.

У Витуса Беринга была большая семья: жена Анна Пюльзе, у них были сыновья Йонас (1721—1786), Томас и Антон, а также дочь Анна (1731—1785). После смерти мореплавателя его дети были взяты на государственное обеспечение. Старший сын Йонас (Иван) стал бароном, и фамилия Беринг получила приставку «фон», а баронство передавалось потомственно детям. Его сын Антон - военный, имел 3 сыновей, один из которых - Михаил - стал генерал-майором, у него от второго брака с Елизаветой Ивановной (Легер) в 1845 году родился сын Владимир. Генерал-майор фон М.А. Беринг проживал в отставке с женой в Верхнеуральском уезде в Белорецком заводе. 21.10.1868 г. он умер в возрасте 68 лет… Правнук знаменитого капитан-командора упокоился в белорецкой земле.
Позже Галина Васильевна обнаружила в метрических книгах еще один интересный факт: вдова генерал-майора фон Беринга - Елизавета Ивановна (в девичестве Легер) после смерти супруга продолжала жить в Белорецком заводе: в 1869 году она была восприемницей (крестной) у дочери священника белорецкой Никольской церкви Григория Евладова.

После того, как ко мне в руки попались все эти изыскания, я связался с верхнеуральским краеведом Александром Вернигоровым. Главным был такой вопрос: что генерал-майор делал в Белорецком заводе? По тем временам это была изрядная глухомань.
- Возможно, у него были какие-то отношения с собственниками завода, - ответил Александр Михайлович. – Этот вопрос ещё предстоит исследовать.
По словам краеведа, Михаил Антонович фон Беринг был на короткой ноге с Василием Перовским - оренбургским военным губернатором. Это отдельная и большая история.
Относительно могилы Беринга Александр Михайлович высказался вполне определенно:
- Она, конечно, не сохранилась. Большевики не любили могилы царских генералов.

Но мы решили найти захоронение. Мы – это ваш покорный слуга и протоиерей Михаил Фёдоров. Впрочем, батюшка был настроен более реалистично: он тоже знаком с вышеприведенными документами (ему первым о правнуке Беринга сообщила Галина Васильевна), но сомневался, что от могилы потомка мореплавателя что-либо осталось.
Вместе мы отправились к старым могилам на кладбище Заматинского района. К сожалению, могилу правнука Беринга мы так и не нашли, но было очень интересно и, главное, - познавательно бродить меж старых крестов и вросших в землю надгробий. Любое кладбище – это тонкая смычка эпох, в которых можно путешествовать во времени…
Среди зарослей кустарника, прошлогоднего бурьяна, торчащего высохшими стеблями вдоль узкой тропинки, возможно, и находится могила генерал-майора Михаила Антоновича фон Беринга. Очень хотелось ее обнаружить… Но где она? Человек с таким высоким воинским чином должен лежать под великолепным чугунным надгробием. И крест должен возвышаться над прочими памятниками. И кованая ограда должна быть, как произведение искусства. А еще - вдохновенная эпитафия, возможно, заросшая мхом, и лик ангела на барельефе многопудовой плиты. Где всё это?

В нашем городе многие знают отца Михаила Фёдорова. В прошлом году мы вместе с ним выпустили книгу, посвященную истории православного Белоречья. Видя мои наивные потуги непременно разыскать могилу Беринга, он лишь ухмылялся в бороду. Оно и верно: ее давно уже обнаружили бы ушлые бомжи и растащили по кусочкам.
- Посмотрите, вот памятник прямо на дороге кинули, - отец Михаил грустно показывает на увесистую металлическую конструкцию, которую искатели металлолома не успели утащить и бросили прямо на тропе.
Тяжелый памятник! Из нержавейки. Если бы его сдали в металлолом, наверяка праздновали бы неделю. Видна надпись на памятнике: «Хлынов Владимир Петрович». Откликнитесь, родственники! Спасите памятник, который какие-то негодяи утащили с могилы вашего прадедушки и бросили на половине пути.

Противоречивые чувства бередят душу. С одной стороны – умиротворение, которое внушается присутствием кладбищенской тишины, с другой – тяжелое уныние от вида разрухи.
Люди, которые здесь лежат, тоже когда-то жили, дышали тем же воздухом, что и мы. Они любили, рожали детей, радовались, плакали. Они прощали, верили, молились, надеялись, что о них непременно вспомнят когда-нибудь. Но как их поминать, если на многих памятниках даже надписей не осталось. Отец Михаил крестится и читает общую молитву обо всех, кто упокоился здесь.
Прошу батюшку показать самую старую могилу (или одну из самых старых). Пусть она будет ориентиром в поисках надгробия Беринга. Отец Михаил опять слегка ухмыляется. Он прав: разве советская власть позволила бы, чтобы на кладбище осталось надгробие царского генерала? Непременно снесли бы!
Что вы хотите, в соседнем Верхнеуральске в 30-е годы власти даже распоряжение специальное издали, разрешающее брать для хозяйственных нужд надгробные плиты с кладбищ. У нас происходило то же самое святотатство…
Подходим к кресту, который рядом с так называемой Кузнецовской оградой (Кузнецов – бывший управляющий Белорецким заводом). На кресте надпись: «Здесь покоятся тела Ивана Евдокима Клёнова, скончавшегося в 1866 году, и Семёна Иванова Клёнова, скончавшегося в 1870 году, и жены его Параскевы Яковлевой, скончавшейся в 1878 году». Внизу на кресте начертана молитва – «Господи, прими души их…»
Михаил Антонович фон Беринг умер в 1868 году. Значит, его могила где-то рядом! Если, конечно, генерала похоронили именно на этом кладбище, а не на том, что в районе нынешнего Октябрьского посёлка. Хотя фон Беринг мог быть погребен с почетом и в церковной ограде. У него был высокий армейский чин, он имел награды, участвовал в сражениях. Можно предположить, что и жертвовал в пользу церкви.
Идём дальше, проходим мимо массивного камня. Это всё, что осталось от надгробия купца Неудачина…

Птицы просто заливаются! Надо отметить, что это одно из немногих тихих мест в городе, где они чувствуют себя вполне уютно. Солнышко проблескивает сквозь раскидистые лапы ели.
Натыкаемся на могилы еще одной белорецкой семьи, читаю: «Пётр Михайлович и Николай Михайлович Мезенцевы, воспитанники сельскохозяйственного училища, скончались в войсках в тяжелую годину революции…»
Одному было 19 лет, другому 20. Скорее всего, они были белыми, иначе надпись на плите не гласила бы о тяжелой године революции, а наоборот, возвещала о светлой эпохе… Внизу пронзительная эпитафия: «Да соединит вас Господь в Своем Царстве, наши милые дети». Рядом могила отца братьев.
Сломанные судьбы! Революция перепахала Россию, посеяв, кроме веры в светлое будущее, еще зерна ненависти и вражды. До сих пор этот бурьян вывести не можем.
Батюшка показывает в сторону молодых сосёнок и говорит, что там похоронен сын Василия Косоротова.
Находим семейное захоронение Гулиных. В большинстве своем здесь покоятся женщины, стоят небольшие кресты, читаю отлитые надписи на крестах: «Феодосия, Евдокия, Прасковия, Дария, Екатерина…» Похоронены во второй половине девятнадцатого столетия.
Может быть, могила генерала где-то рядом? Батюшка шепотом читает заупокойную молитву, а я смотрю в кладбищенскую даль, и мне хочется крикнуть: «Ваше сиятельство, генерал-майор, откликнитесь!»
Или откликнитесь те, кто что-нибудь знает об этой могиле.

Позже верхнеуральский краевед Александр Вернигоров прислал еще один интересный факт. Оказывается, восприемником дочери Михаила Антоновича фон Беринга Варвары (иначе сказать – крестным отцом) был отец знаменитого адвоката Фёдора Плевако, рождённого в городе Троицке Оренбургской губернии. Но это уже несколько иная тема…
Вместо послесловия: протоиерей Михаил Фёдоров предлагает провести на кладбище в Заматинском районе общегородской субботник.
А ещё – выпустить справочник, где были бы краткие биографии известных людей, похороненных на белорецкой земле.
И самое главное: надо установить видеокамеры на всех кладбищенских входах и выходах, чтобы пресечь воровство памятников. И запретить владельцам металлобаз принимать кресты, надгробия в качестве металлолома, участвуя в страшном преступлении. Я не знаю, как это правильно трактуется с точки зрения уголовного права, но с точки зрения нравственности – это святотатство!

Игорь Калугин. Фото автора.

Ещё больше новостей – на нашем канале. Читайте нас в MAX