

- И всё-таки вы - городской житель или крестьянин? - спрашиваю у Евгения Анатольевича.
- Однозначно - крестьянин!
А еще Евгений Бакшаев – родовой казак, он состоит в местном казачьем обществе имени генерала Бакланова.
- Наверное, какой-то ген открылся во мне, когда я стал разводить лошадей, - говорит казак.
И случилось это три года назад, когда Евгений купил мерина Грома.
- А как жена отнеслась к вашему начинанию?
- Сначала с осторожностью, - признаётся Евгений Анатольевич. - Теперь сама полюбила этих умных животных.
Евгений Бакшаев рассказывает, как Гром однажды не пришел домой, и супруга Катерина пошла его искать. Она ходила по окрестностям и звала коня. Тут Гром вдруг вышел из какой-то подворотни, откликнувшись на родной голос. Катерина подошла к нему и начала что-то шептать коню на ухо. В этот момент Евгений понял, что его супруга тоже стала лошадницей. Наверное, в ее душе тоже раскрылся какой-то забытый исторический ген.
Проезжаем мимо детского сада, что на Мокрой поляне.
- Я здесь скоро Дедом Морозом буду, - говорит Евгений, имея в виду, что на детском утреннике он будет в образе этого сказочного персонажа.
Напротив садика - школа.
- А сюда приеду катать на лошадках ребятишек на Новый год.
Вот и родительский дом Евгения Бакшаева. Сразу чувствую, что нахожусь не в городе. Даже наш небольшой Белорецк беспрерывно шумит проезжающими автомобилями, музыкой из колонок и сигналами. А тут - тишина. Изумительная и немного ошарашивающая.
- Зачем вам всё это надо? – пристаю к лошаднику со своими обывательскими вопросами. – У вас есть квартира, диван, телевизор… К чему возиться с лошадьми, вставая в пять утра, а потом после работы опять сюда…
Мой попутчик смотрит на меня с удивлением.
- С лошадками даже дети развиваются быстрее! – говорит он. – У меня дочка лошадей полюбила, приходят к нам и соседские ребятишки. Я на Масленицу детей катаю на санях.
Евгений рассказывает, что к нему часто обращаются и взрослые люди, которые мечтают прокатиться верхом на его лошадях. На днях, например, магнитогорцы приезжали с такой просьбой: они горнолыжники, но, узнав о небольшом хозяйстве Евгения, решили расширить свой диапазон развлечений.
- Мама у меня тоже казачка, она на лошади даже рысью может скакать, - продолжает Евгений. – Мама теперь делит всю нашу жизнь на две части: до лошадей и после. А папа – он больше к технике тянется.
Анатолий Валентинович, папа Евгения, выходит из дома и открывает гараж.
- Это мой «каракат»! - он показывает на внедорожник с огромными колесами.
- Почему вы эту технику так назвали? – спрашиваю его.
- От слова «каракатица»! – весело отвечает умелец.
Зря он так. Его внедорожник ничего общего с каракатицей не имеет: очень правильные формы кузова, аккуратные линии, всё смотрится весьма гармонично. Анатолий Валентинович на нём на рыбалку и за ягодами ездит. «Каракат» преодолевает болота, мелкие речушки, весело бежит по лесу, несется сквозь бурьян и заросли.
Заходим в другой гараж. Там стоит тележка, которую тоже смастерил отец Евгения. На раме закреплена лебедка, с помощью которой можно легко и непринужденно затаскивать тюки сена.
Рядом расположились приготовленные к зиме сани, обитые внутри материей, чтобы детям было комфортно сидеть.
Снег уже выпал, у Евгения на сердце радостно: скоро его лошадки, впряженные в сани, весело помчатся по округе под радостный смех детворы.
Евгений Бакшаев очень благодарит своего товарища, вернее, как принято говорить у казаков, брата по духу Олега Проскура. Представлять его нашим читателям не имеет смысла: его все знают как заядлого лошадника.
- Он ко мне приезжает, даёт советы, мы с ним лошадей подковываем, - рассказывает Евгений Анатольевич
Анатолий Валентинович завёл свой «каракат» и весело умчался по Мокрой поляне. А из сарая вышел Кузя. Это мерин, который с недоумением смотрит на меня: мол, что за фрукт такой?
- Это орловский рысак, - говорит Евгений Бакшаев.
- Почему у него хвост косичкой заплетён? - спрашиваю хозяина.
- Это девчонки, - смеется Евгений. – Дочка моя Анна и её подружка Настя.
В загоне знакомлюсь с Соловьём - мерином татарской породы. Соловей угрюмо фыркает, очевидно, ему не по душе городской дух…
Неподалеку стоит Малышка.
- Она жерёбая, - говорит хозяин.
- Кто папа будущего малыша?
- Алдан! У моего приятеля-казака есть конь.
- Малышка не скучает по Алдану?
- Не-ет, - смеется Евгений. – У нее есть друг Гром. Он хоть и охолощённый, но здесь - хозяин.
- А он не ревнует Малышку?
- Нисколько. Наоборот, Гром очень любит маленьких жеребят.
Чуть поодаль стоит Жади – лошадка башкирской породы. Она тоже жерёбая, опять Алдан постарался.
- Почему вы назвали её Жади?
- Красивая кареглазая актриса играла Жади в одном сериале, - улыбается хозяин.
Заходим в сарай. Отмечаю про себя, что там почему-то совершенно не пахнет тем, чем должно пахнуть. Евгений, его родители и супруга за лошадьми ухаживают тщательно.
Анне, дочке Евгения Бакшаева, восемнадцать лет. Она учится на третьем курсе факультета туризма в педагогическом колледже.
- Лошади притягивают к себе, - уверена Аня. – Одни глаза чего стоят!
- У каждой лощади свой характер, - добавляет папа. - Соловей спокойный, Кузя любопытный, Малышка любит Грома, всегда с ним рядом ходит…
Приходит Настя, подружка Анны. Она говорит, что очень любит животных: у самой дома - собака, пять кошек и два хомячка. Настя мечтает стать кинологом или тренером по верховой езде. Может быть, подумает над тем, чтобы освоить профессию ветеринара.
- О чём вы мечтаете? – спрашиваю Евгения Бакшаева.
- Хочу приобрести вороного коня! - говорит он несколько торжественно.
Наступает небольшая пауза. Снег мелкой россыпью падает на холодную землю. Жади щурится и слегка покачивает головой.
- Мечтаю заниматься только лошадьми! - продолжает Евгений Бакшаев, стряхивая снег с гривы Кузи. – Довести свое хозяйство до десяти голов… Пока достаточно, - заключает Евгений Бакшаев.
- А сколько вам осталось до пенсии?
- Больше двадцати лет, - вздыхает лошадник.
Ждать, конечно, долго, но пусть его мечта всё-таки станет реальностью. И если получится – побыстрее.
Игорь Калугин. Фото автора.
Ещё больше новостей – на нашем канале. Читайте нас в Телеграм https://t.me/belrab и в MAX