В деревне у дедушки с бабушкой

Мой дедушка Мухаметгалей Айсинович Мустафин родился в зажиточной семье муллы 4 ноября 1914 года в деревне Исмакаево. Женился на девушке Рахиме из семьи Салимовых из соседней деревни Бзяк-Ахмерово. Молодая семья обосновалась в Исмакаево, у них родились трое детей: Райфа (в 1937 году), Миндегалей (в 1939 году), Шаура (в 1941 году). Когда началась Великая Отечественная война, дедушка ушел на фронт. В 1942 году попал в плен, несколько раз пытался бежать, но его ловили. В один из побегов его и еще несколько пленных некоторое время прятал у себя местный житель - поляк, но потом всё-таки выдал их фашистам. Потом с другими пленными дедушку погрузили на корабль, он должен был уплыть в Америку (скорее всего, в Южную, в бывшие колонии Германии). На стоянке в порту деду предложили поменяться местами с мертвым пассажиром, сказав: «Хочешь домой? Из Америки вряд ли сможешь вернуться, а здесь  - попробуешь!» Так он попал на другой корабль, который потом пришвартовался во французском порту. Дедушка плохо говорил по-русски, совсем не знал иностранных языков, представьте, как трудно ему было общаться с незнакомыми людьми. Из чужой страны он почти два года добирался до Советского Союза, полагаясь только на счастливый случай и большое желание вернуться на родину. Как бывшего пленного, его определи в трудармию, на работы по восстановлению разрушенного хозяйства. Только в 1948 году Мухаметгалей Айсинович, наконец-то, воссоединился с семьей, которая жила на хуторе Кара-Елга.

Бабушка Рахима тоже хлебнула горя. Когда дед ушел на фронт, свекровь, которая не любила невестку, выгнала её с двумя детьми, а старшую внучку оставила у себя на воспитание. Прожив некоторое время в Исмакаево, бабушка с детьми по совету родственников перебралась на Кара-Елгу.

Моя тетя Шаура вспоминала: «Когда мы пришли на хутор, всю нашу одежду, кишащую вшами, сожгли. Добрые люди дали другую. Поселили нас в землянку. На хуторе было отделение от подсобного хозяйства Бзяк, на полях выращивали картофель и другие овощи. Поселившись там, мы были спасены от голода».
Потом в Кара-Елгу вернулся дедушка. Семья жила там какое-то время, затем переехала в Подсобное. Дедушка построил дом - большой и красивый. Все завидовали, так как своих домов в Подсобном было по пальцам пересчитать, в основном люди жили в бараках. А дедушкин дом до сих пор стоит, и в нем живут. После войны у Мустафиных родились Рахим, Сажида, Галим и Сагида.

Когда была школьницей, все каникулы я и мои родные братья Рашид и Вакиль с пользой проводили время в любимой деревне. С утра - покос, вечером - клуб. Мы ходили на заготовку силоса, посадку капусты.

Добирались в Подсобное на пассажирском поезде, который называли «кукушка» (или классный), но когда папа торопился в деревню, он иногда возил нас на товарняке (в вагонах под руду). Машинист слегка притормаживал на остановке, и папа нас высаживал по очереди из вагона. Я тогда была маленькой, и мне, конечно, было немного страшно. А на пригорке, прикрыв ладонью глаза, широко улыбаясь, нас уже ждала бабушка. До деревни мы никогда не ходили по дороге, а срезали путь, шли напрямки.

Между собой дедушка с бабушкой жили дружно, в мире и согласии. Пусть и не богато, но гостей всегда встречали на широкую ногу. В избёнке в большом казане варили мясо, пекли хлеб, жарили лепешки. Из чулана доставали городские гостинцы: конфеты, печенье и фрукты.
А гостей в их доме всегда было много. То приедут бабушкины братья с жёнами, сёстры с мужьями, детьми, внуками, а их у бабушки тоже было семеро. То дедушкина родня из Исмакаево на лошадях в санях или на телегах заедет погостить. Шумно, весело, песни, пляски.
Мой папа Миндегалей отлично играл на гармошке, был первым гостем на любой гулянке. На такие встречи приглашались друзья, соседи, родственники. Было много смеха, шуток, интересных историй.

Бабушку и дедушку в деревне уважали. Я помню их всегда в работе и заботе: они держали лошадь, корову, овец, полный двор домашней птицы. Бабушка шила себе и односельчанам платья на ножной швейной машинке, валяла паласы и половики из овечьей шерсти, шила одеяла из лоскутов. Своими руками сделала традиционный для этой местности народный башкирский костюм. Дедушка по заказу для совхоза и односельчан изготавливал без единого гвоздя деревянные грабли, коромысла, из цельного дерева - стоговые вилы, из ивы плёл короба для саней.
Детство и юность, проведенные в любимой деревне, до сих пор навевают теплые воспоминания и ностальгию. После бабушки и дедушки остались семеро детей, двадцать один внук, куча правнуков, есть уже и праправнуки. Нас много! И мы все роднимся.
Дедушки Мухаметгалея Айсиновича и бабушки Рахимы Ахметшиновны Мустафиных давно нет в живых, но они продолжают быть связующим звеном для всех своих потомков. Их похоронили на кладбище деревни Бзяк-Ахмерово (в Подсобном не было своего кладбища, русских хоронили в Тукане, башкир - в Бзяк-Ахмерово).

Мы, их потомки, бережно храним память о своих родных - светлых, добрых людях. Перебирая семейный фотоальбом, я нашла много старых фотографий, которыми с удовольствием делюсь с читателями газеты.

Ещё больше новостей – на нашем канале. Читайте нас в Телеграм https://t.me/belrab