Горькие уроки нашей истории

После войны мы с мамой приехали в Белорецк с Украины. Жили два года в доме у бабушки на улице 1-й Кирпичной. Рядом вели своё хозяйство семьи, в которые вернулись с фронта отцы и братья, а также сильные женщины – вдовы, поднимающие своих ребятишек в одиночку. Дети летом почти всё время проводили на улице, часто мы все вместе убегали достаточно далеко от дома. Но были такие места, которые мы обходили стороной.
Во время Великой Отечественной войны в Белорецк после Сталинградской битвы привезли военнопленных немцев. Что люди тогда знали про них? Что в марте 43-го немцев доставили по узкоколейке из Запрудовки, оборудовали для них жильё – бывшую тюрьму, которая находилась в районе нынешнего цеха № 11 Белорецкого металлургического комбината. Немцы не просто отбывали здесь срок, они трудились на железной дороге. За состоянием их здоровья, очевидно, не особо следили, поэтому болели и умирали пленные часто.
Мамина сестра тогда работала водителем на «полуторке» и дома часто рассказывала, что ей приходилось увозить умерших немцев на кладбище. Захоронения находились в Октябрьском посёлке, неподалёку от мусульманских, на могилах устанавливали кресты с номерами и подписями. В 50-х оставшиеся в живых пленные покинули нашу страну, вернулись назад в Германию, а те, кто не дожил, остались погребёнными на нашей земле.
Летом, бегая в лес за ягодами и грибами, мы старались не подходить к кладбищу военнопленных. Видимо, боялись немцев, как врагов, с которыми воевали наши отцы и деды. Боялись даже мёртвых. И презирали, как нелюдей, принесших на нашу землю беду, смерть и разруху. Значимость Великой Победы и важность наград, которых удостоились наши родители, мы стали понимать гораздо позднее. А тогда, будучи детьми, мы играли с медалями и орденами, как с игрушками. Но даже отвращение и ненависть, которые испытывали большинство наших людей к немцам, не позволили белоречанам относиться к ним так, как сами фашисты вели себя с пленными. Их не морили голодом, не сжигали в печах, не травили газом. Конечно, тогда многие из наших родителей готовы были разорвать пленных солдат, отомстив за своих мужчин, погибших от рук нацистов. И вместе с тем, осуждая их жестокость, люди понимали, что пленные тоже чьи-то сыновья и братья, мужья и отцы. И горе от потери близких переживали одинаково и победители, и побеж-
дённые.
Любая война в итоге показывает как человечность, так и бесчеловечность тех, кто в неё вовлечён. В нашей памяти должны оставаться и победы, и поражения. Нужно помнить и тех, кто принёс мир, и тех, кто сеял смерть. Наши дети и внуки должны знать об этом, чтобы подобное не повторялось. Наглядный пример того, что может случиться, когда память окажется короткой, а историю перепишут так, как выгодно кому-то, - современная Украина.
Почему я подняла вопрос о немецких захоронениях? Потому что считаю: если это случилось в истории Белорецка, небольшого города в глубоком тылу, обязательно надо сделать так, чтобы это событие не забылась. Даже спустя столько лет, когда почти не осталось очевидцев тех страшных событий, мы должны знать об этом.
Я слышала, что многие в 60-70-е годы отказывались строить неподалёку от кладбища дома, когда им выделяли участки. Начинать новую жизнь на костях, которые попадались, когда люди копали фундаменты, белоречане не хотели. Со временем небольшие холмики могил заросли травой, кресты и надписи исчезли, выросли огромные деревья, и теперь практически ничего не напоминает о том, что на нашей земле когда-то схоронили тех, кто с огромной армией нацистов разорял и уничтожал наш народ. Рядом - мусульманское кладбище, здесь и сегодня находят свой последний приют наши земляки. На его территории чистота и порядок, проводятся субботники, окашивается трава, убираются сухие ветки деревьев. Почтить память родных и близких сюда часто приезжают белоречане и те, кто давно покинул наши края.
Думаю, будет правильным, если на месте захоронений немецких военнопленных появится какой-то знак, стела или католический крест с памятной табличкой. Это нужно в первую очередь новым поколениям, чтобы не стёрлась и не поросла быльём история. История, в которой ценой неимоверных потерь наша армия уничтожала фашизм и нацизм, неся народам Европы мир и свободу.

В наши дни у подножия многих памятников военнопленным лежат гранитные плиты с надписью на русском и немецком языках: «Здесь покоятся военнопленные – жертвы Второй мировой войны».
Кстати, в Европе практически нет памятников солдатам вермахта, погибшим во время Великой Отечественной войны.

Пусть те, кто с недобрым умыслом смотрит в нашу сторону, помнят: кто в Россию с мечом придёт, тот от меча и погибнет. Пусть это будет знаком нашим недругам: мы не разрушаем памятники истории, свергая с постаментов героев прошлого, но и не забываем горьких уроков, которые пережила наша страна.
В Белорецке ведут активную работу много общественных организаций, воины запаса стараются воспитывать у современных мальчишек и девчонок чувства патриотизма и гордости за Россию, за нашу армию. Может быть, все вместе мы сделаем так, чтобы захоронения пленных не превратились в белое пятно истории, о котором все
забудут?..
Татьяна КОПЬЁВА.

Большую работу по истории пребывания военнопленных Великой Отечественной войны на территории нашей республики проделал Владимир Павлович Мотревич, доктор исторических наук, профессор кафедры истории государства и права Уральского государственного юридического университета (Екатеринбург).
Он пишет: документально было установлено, что в военные и первые послевоенные годы на территории Башкирии размещались 18 отделений пяти лагерей для военнопленных, 7 рабочих батальонов и 2 спецгоспиталя.
На Урал иностранных военнопленных стали направлять уже весной 1942 года. В мае их разместили в Свердловской области, где для них отвели специальные зоны в лагерях для советских заключенных. С сентября лагеря Главного управления по делам военнопленных и интернированных (ГУПВИ) НКВД СССР организовали в Удмуртии, Молотовской (Пермской) и Челябинской областях.
После Сталинградской битвы численность пленённых фашистов в СССР значительно возросла. В результате к концу 1943 года в стране насчитывалось 52 лагеря ГУПВИ НКВД СССР. По воспоминаниям современников, немцы из-под Сталинграда прибыли в Уфу зимой 1942-1943 гг. Однако подтверждающие этот факт документы не были обнаружены. Выявленные и изученные документы свидетельствуют о появлении иностранных военнопленных в Башкирии только в 1944 году.

Система ГУПВИ НКВД СССР продолжала расширяться, к концу 1944 года число лагерей для военнопленных в стране достигло 156. В Уфе был организован лагерь № 236, вскоре он был переведен в Грузию, где и существовал вплоть до 1949 года.
В ноябре 1944 года на территории Белорецкого района началось формирование лагеря № 208. В его составе были три отделения: в районном центре, в деревне Нукатово и в посёлке Инзер. Вскоре на станции Карламан Кармаскалинского района было создано и четвертое. Но уже в марте 1945-го прошла реорганизация в лагерь № 508 с управлением в Инзере и семью отделениями: четыре составляли отделения бывшего лагеря № 208, пятое открыли в Белорецке, шестое - на станции Карламан, седьмое - в Белорецком районе.
Постановлением 1944 года Государственный комитет обороны обязал НКВД СССР мобилизовать и интернировать (лишить свободы передвижения и выхода из пределов страны) с направлением на работы в СССР всех трудоспособных немцев, находившихся на освобожденной Красной Армией территории Болгарии, Венгрии, Румынии, Чехословакии и Югославии. И в январе-апреле 1945 года в СССР было завезено ещё 208,2 тысячи мобилизованных немцев и лиц других национальностей. Прибывшую иностранную рабочую силу интенсивно использовали предприятия Наркомугля, Наркомчермета, Наркомцветмета, Наркомстроя и другие. Часть пленных были переданы для трудового использования на строительных и хозяйственных работах, в результате были задействованы 142,6 тысячи военнопленных западных национальностей и 67,8 тысячи военнопленных японцев.
Весной 1945 года, когда Великая Отечественная война шла к завершению, количество иностранных военнопленных по-прежнему быстро увеличивалось. Расширялась и лагерная система ГУПВИ, насчитывалось уже 267 учреждений.

Только с осени 1945 года в связи с массовой репатриацией численность пленных в Советском Союзе уменьшилась, началось расформирование спецучреждений. Но была сформирована новая структура управления лагерями, и они получили новую нумерацию, став лагерями ОПВИ УНКВД по БАССР. В результате продолжили функционировать отделения в Аше, Уфе, Черниковке, в Стерлитамакском районе и в Белорецке.
Сохранилась в истории и датируемая 20 марта 1948 года докладная записка заместителю министра МВД СССР В.С. Рясному о содержании и трудовом использовании военнопленных в рабочих батальонах первой дорожно-строительной дивизии МВД СССР.
В ней указывалось, что в феврале 1948 года органами цензуры было задержано коллективное заявление военнопленных рабочих названных батальонов. В письме на имя Маршала Советского Союза В.Д. Соколовского говорилось о тяжелых бытовых условиях жизни военнопленных и многочисленных нарушениях со стороны администрации. Комиссия в составе трёх генералов МВД провела проверку и установила, что военнопленные содержались в недопустимых антисанитарных условиях. В частности, постельное белье не менялось с момента образования батальонов, имелась завшивленность; военнопленные жили в землянках при большой скученности, у них отсутствовала вода; их внешний вид также был неряшливый и грязный; пищеблоки рабочих батальонов были оборудованы плохо, а питание организовано нерегулярно; имелись перебои в снабжении основными продуктами. Военнопленными было подано большое количество жалоб на грубое обращение и избиение со стороны личного состава рабочих батальонов. О фактах избиения командованию батальонов было известно, но мер к их прекращению принято не было, а командир батальона № 9 капитан Гнидо сам избивал военнопленных. Судя по резолюции заместителя министра, виновные в избиении военнопленных были привлечены к уголовной ответственности.

Следует отметить, что в размещенных в БАССР рабочих батальонах часто находился особый контингент. Дело в том, что с лета 1945 года в СССР массово отправлялись на родину оказавшиеся в плену иностранные граждане. Однако оперативное управление ГУПВИ было нацелено на выявление военных преступников среди военнопленных и интернированных, они не могли быть репатриированы без особого разрешения.
Многие военнопленные и интернированные в БАССР находились на лечении в спецгоспиталях, которые стали формироваться в соответствии с Положением о военнопленных, утвержденным Постановлением СНК СССР от 1 июля 1941 года. Установление режима, охрана и учёт людей в них также осуществлялись НКВД.
Во время войны и после ее окончания пленные по разным причинам умирали и были захоронены на территории БАССР. Сведения по многим лагерным отделениям и рабочим батальонам либо не сохранились, либо не обнаружены. В целом, за время нахождения в плену в Башкирии умерли 2805 иностранных военнопленных и интернированных граждан. Из них в Белорецком районе – 1388 человек.

В Уфе военнопленные и интернированные захоронены на трех гражданских кладбищах: Сергиевском, Лопатинском и Дёмском. Участок захоронения благоустроен Народным союзом Германии по уходу за военными могилами. На Лопатинском кладбище Венгрией также установлен памятный знак. Захоронение умерших в спецгоспитале № 5918 не сохранилось. В память о военнопленных при входе на Дёмское кладбище венгерской стороной установлен памятный знак и также благоустроено кладбище спецгоспиталя № 5920 в Ишимбае.

Ещё больше новостей – на нашем канале. Читайте нас в Телеграм https://t.me/belrab