Счастливое приземление в Ишле

Ишля засыпана снегом и залита солнцем. Дом Сергея Яковлевича нахожу не сразу. Он встречает радушно. Высокий человек с военной выправкой и прямым взглядом. Оно и понятно: Сергей Федотов - майор военной авиации. Проще сказать - лётчик.

Дома, прямо около порога, висят на стене фотографии. Молодые лица, военная форма.
- Это я и мои братья, - поясняет хозяин.
Их три брата: Фёдор, Василий и Сергей.
- Это вы… Угадал? - показываю я на другой снимок.
- Так точно, - протягивает майор Федотов.

Как и многие в нашем поколении, я служил в армии и могу определять принадлежность человека к тому или иному роду войск по петлицам. Сразу подчеркну, что летал Федотов на вертолётах, но понятие «вертолётчик» является не совсем верным. Всех, кто связан с небом, кто пилотирует лётные машины (неважно - самолеты, вертолеты или даже дирижабли) объединяет одно звание - лётчик.

Итак, их три брата. Старший, Фёдор, живет и работает в Питере. Средний, Василий, из Ишли никуда не уезжал. И Сергей теперь тоже обосновался на своей малой родине. О нём и пойдет сегодня речь.

На стене одной из комнат родительского дома фото Марии Фёдоровны и Якова Степановича, родителей Сергея Яковлевича. Их уже нет с нами. Рядом -
портрет родного дяди Василия Степановича, который пропал без вести во время Великой Отечественной войны. Чуть ниже снимок, где майор Сергей Федотов вместе с Леонидом Якубовичем. Российский шоумен приезжал в лётную часть, где служил наш герой. Леонид Аркадьевич всегда был и остаётся частым гостем у военных лётчиков.

На другой стене висит гитара, рядом - балалайка.
- Играете? - спрашиваю Сергея Яковлевича.
- Мама играла и на балалайке, и на гитаре. Храню как память...
Около серванта в старом футляре стоит баян. Сергей Яковлевич ловит мой заинтересованный взгляд:
- А на этом играю я.
Тут же прошу продемонстрировать. Он расчехляет инструмент, лихо забрасывает ремни на плечо и пробегается пальцами по кнопкам. Сбивается на верхних ладах, произносит:
- Что-то я смутился... Этот баян всего на семь лет меня помладше.
Он громко берёт аккорд:
- Что спеть-то?.. Что особенно любишь? Тогда давайте нашу.
И поёт песню, которую, наверное, любят все лётчики земли российской. Впрочем, почему только лётчики? «По аэродрому, по аэродрому лайнер пробежал, как по судьбе. И осталась в небе светлая полоска, чистая, как память о тебе...» Майор делает залихватский перебор: «Вот и всё, что было, вот и всё, что было. Ты, как хочешь, это назови. Для кого-то просто лётная погода, а ведь это проводы любви...»

На шкафу рядком стоят офицерские фуражки: зеленая, бледно-зеленая и голубая. Эти цвета соответствуют этапам реорганизации Российской армии, когда в родах войск менялась форма и все прочее.
Он служил в армии 39 лет. И у него (внимание!) - 72 года выслуги!..
Для тех, кто не понял, поясняю: в армии у лётчиков один год идёт за два, а при участии в боевых действиях - день за три. Заметьте, что мирное время при оформлении выслуги исчисляется годами, а военное - всего лишь днями...

- Вам приходилось принимать участие в боевых действиях? Расскажите об этом, - прошу я товарища майора.
Он явно не горит желанием трогать эту тему, поэтому коротко:
- Афганистан...
Потом - через паузу:
- А что рассказывать? Обычная боевая и повседневная работа. У меня тогда третий класс был. Людей не возил - только грузы. Например, мины...
Прошу вкратце обозначить его армейский путь. Федотов говорит так, как будто продолжает летать над просторами великой Родины: Дальний Восток, Туркменистан, Карелия, Афганистан, Таджикистан и три Кавказа. За точность хронологии не ручаюсь...

Вы спросите, что такое три Кавказа? Всё просто: это три длительные командировки в Чечню.
Сергей Яковлевич - человек скромный, на мой взгляд, даже излишне. О своём боевом пути он рассказывает неохотно. Правильнее сказать, вообще не рассказывает. Может быть, просто нельзя?

Он достает из шкафа форму майора. Смотрю на награды. Знак лётчика первого класса, медали «80 лет Комитету государственной безопасности», «100 лет
пограничным войскам», «За боевые заслуги». А еще медали Нестерова и Маресьева. Самая ценная его награда - это медаль «За отличие в охране государственной границы». Долгое время Федотов служил в пограничной авиации.
Майор рассказывает, за что получил эту награду. Был такой случай в Туркменистане: пограничники захватили «туристов» - так называли всех нарушителей границы.
- «Туристы» оказались совершенно сухими. А это юг Каспия, восточная сторона, куда не пройти по суше, - говорит Сергей Яковлевич. - Значит, их кто-то привез на лодке. Там километров пять сплошных плавней... Начальник заставы звонит и попросит сделать облёт. Мы его берем на борт вместе с бойцами, быстро находим лодку, я зависаю на плавнями, брезент на лодке срывается, и там обнаруживаются еще двое «туристов»...
Майор Федотов получил нагоняй за эту операцию, потому что в ту пору у него не было допусков на отдельные виды лётной подготовки, но всё-таки медалью его наградили.
Рассматриваю именной боевой нож, которым лётчика наградили приказом директора ФСБ. А ещё замечаю Благодарственное письмо, тоже подписанное главой этого ведомства: «Объявляю благодарность майору Федотову Сергею Яковлевичу за обеспечение безопасности подготовки и проведения празднования 65-летия Победы в Великой Отечественной войне».
В Таджикистане он застал страшное время гражданского противостояния, когда людям на площадях открыто отрезали головы. Причем делалось это синхронно: на одной площади с разрушенными советскими фонтанами катилась одна голова, на соседней - другая. Там, в Средней Азии, он служил вместе с героем Советского Союза Фаритом Султановичем Шагалеевым. Своих боевых товарищей Федотов называет исключительно по имени-отчеству.
- Легендарный человек! В Таджикистане я с ним проводил первые полёты среди гор. К сожалению, недавно Фарит Султанович ушёл от нас. Довелось мне служить и с Героем Советского Союза Ильгизом Карибуловичем Шариповым, - продолжает майор. - Его самолёт в Афгане сбили из «Стингера», но Шарипову удалось спастись, все остальные члены экипажа погибли. Хорошо, что вовремя сумел подсесть вертолет Героя Советского Союза Валерия Филипповича Попкова. Машина была вся в дырках, но он сумел поднять сбитого летчика...

Замечаю фото на стене: майор Федотов вместе со штурманом на фоне вертолета с прорехой в боку.
- Это во время взлёта камень попал в один из двигателей, - уточняет майор. - Но мы сумели отработать задание.
Федотов летал на разных вертолетах, самым любимым был Ми-8, лётчики назвали его «летающей оранжереей».
- Хороший вертолет! - рассказывает Сергей Яковлевич. - На других машинах обогрев салона происходит от двигателя, а на Ми-8 установлен керосиновый обогреватель: пришел, включил - в салоне тепло, хотя сам вертолет холодный, как колотушка. Вот мы его и назвали «летающей оранжереей».

Он возил многих больших военных начальников. И не только военных. Раз русскому майору Федотову пришлось общаться даже с принцем Монако.
- Кажется, его Альбертом звали, - вспоминает лётчик. - Мы его до Архангельска довезли, где какой-то политический форум был. Хороший такой мужик. Сразу с нами фотографироваться стал.
- Я общаюсь с вами и чувствую, что вы человек совершенно счастливый. Вы удачно приземлились в родной Ишле... – искренне говорю лётчику.
Майор смеётся.
- Здесь хорошо! Никакой суеты и пробок. Я хочу счастливо и спокойно пожить на земле. Строю дом, сажаю картошку... У меня четыре внучки и внук. Правда, живут они далеко от Ишли... Да, здесь, на родине, спокойно, - продолжает он. - А то ведь как раньше было: на службе вставал в пять тридцать, в шесть часов меня уже ждала машина, чтобы отвезти на аэродром. И домой я возвращался в десять вечера или около двенадцати. Пока солнце не сядет, был на службе.

И всё-таки он тоскует... Увидит в небе самолёт и замирает. Даже приложение себе скачал на телефон, чтобы определять, откуда и куда движутся лайнеры. Вполне официальная такая программа. По словам лётчика, над Ишлёй часто пролетает «Боинг» из Лондона в Гонконг. И обратно. Представляете? Летят китайцы, англичане и прочие народы и смотрят на нашу Ишлю. Или на Тукан, который неподалёку… Сёла кажутся им ничтожными точками среди лесов и снега. Хорошо, что иностранцы не видят заброшенных совхозных полей, зарастающих молодыми сосёнками, и погибающих от старости и одиночества домов, которые грустно глядят чёрными глазницами пустых окон. Впрочем, несколько скрашу это уныние: в Ишле много и добротных строений. Но разруху до конца преодолеть пока не удалось.

Идём на «базу». Так Сергей Яковлевич называет туристический центр, который открыл его старший брат Фёдор, живущий в Санкт-Петербурге. Младшие братья помогают в делах этого обширного хозяйства.
Оно действительно большое: несколько современных летних кемпингов и зимних домов с шикарными комнатами. А ещё сауна, баня, спортивная площадка, каток и ещё что-то. Напротив центра - загон для лошадей.
- Боня, Боня, Боня! - зовет товарищ майор здоровенного жеребца. - Это наш Бонапарт, косячный жеребец.
Тот, навострив уши, смотрит в нашу сторону. Потом медленно подходит к ограде.
Сергей Яковлевич рассказывает, что в конце службы в рамках армейской реабилитации был в Питере, где учился на курсах верховой езды и занимался конкуром.
- Бонапарта часто седлаете? - спрашиваю его
- Сейчас нет, - отвечает он. - У него другие задачи.
Конь, слегка фыркнув пару раз в нашу сторону, отправляется к своим кобылкам.
В небе слышится звук самолёта… Как по заказу! Майор запаса Сергей Федотов тут же с помощью телефона определяет рейс и показывает на экран:
- Вот - Белорецк, а это - Ишля. А вот и самолетик топает! - он показывает на точку, движущуюся по экрану. - Так, сейчас посмотрим, куда он летит…
И через пару секунд:
- Пожалуйста: Новосибирск - Краснодар.
Мы поднимаем головы и, прикрыв от яркого солнца лицо рукой, смотрим в светло-лазоревое небо. Гул становится всё тише, и над заснеженной Ишлёй опять начинает царствовать тишина.

Игорь КАЛУГИН.
Фото Ильи ПАНЧЕНКО и личного архива С. Федотова.