Самый трагичный день

В канун скорбной даты в истории нашей страны - 22 июня – здесь собрались потомки репрессированных. Их отцы и деды уходили на фронт в самые первые дни Великой Отечественной. С них сразу снимали все обвинения, и они не таили обид на советскую власть.
Риф Файзиевич Шакиров родился в Спецпосёлке.
- Наш барак находился возле узкоколейки. Теперь его уже нет, - говорит он.

Кто-то из присутствующих указывает на ветхое строение - это один из немногих уцелевших бараков, оставшихся со времён спецпоселения.

Лидия Гавриловна Репина рассказывает:
- Папу тогда выслали из Иглинского района. Поначалу он с семьёй жил в Средней Тюльме, там тоже было спецпоселение. После смерти моей мамы и брата папа переехал в Спецпосёлок. Мамины братья тоже жили здесь. Двое из них ушли на фронт, один погиб… Вообще, отсюда многие ушли на войну и лишь некоторые вернулись назад. Мама рассказывала, что в период раскулачивания у них отобрали всё: одних ульев только было пятьсот штук…
Лидия Гавриловна добавляет, что люди, жившие в спецпоселениях, искренне любили свою Родину и буквально рвались на фронт. Об озлобленности не было речи.

На памятнике, у которого собрался народ, значится: «Жертвам жестоких репрессий. Почтите память тяжких, горьких лет и жертв невинных здешних мест». Потомки репрессированных – люди очень дружные и активные. Они решили провести здесь очередной субботник. Недавно высадили возле памятника молодые дубки и сосёнки, привезли чернозем. Чтобы не оставаться безучастным, я тоже вооружаюсь лопатой. Насыпаю в тачку землю и думаю: почему люди умели любить свою Родину, несмотря на то, что она их обидела? Спрашиваю об этом пожилого человека, который трудится рядом.
- А как вы сами относитесь к советской власти? – спрашивает он меня в ответ. – Она хорошая или плохая?
- Хорошая.
- Вот и они так думали.
Наш разговор касается извечной темы, где такие понятия, как государство и Родина, зачастую противопоставляются. Но наши деды умели любить Родину без всяких измышлений: никакая идеология не была для этого препятствием. Это сегодня находятся люди, которые в силу своих политических пристрастий позволяют себе проклинать свою страну и её историю, хаить нашу армию. В те времена всё было проще: образ Родины плотно, чётко и непреложно сочетался с образом Сталина.

Геннадий Салишевич Шамиданов (тот самый, кто спросил меня о советской власти) начинает читать стихи:
Вдоль речки детства моего
Иду просёлочной дорогой.
Когда-то здесь давным-давно
Стоял бараков ряд убогий…
Там, где у речки поворот,
Начальная стояла школа…

- Здесь была школа? – спрашиваю его.
- Да, вон там, на краю. Она была из самана. Вы знаете, что такое саман?.. Саманный кирпич готовили из глины, соломы и конского навоза.
Геннадий Салишевич рассказывает, что его отец ушел на фронт в самом начале войны, получил тяжелое ранение, вернулся домой и, подлечившись, опять отправился на защиту Родины.

…На нижней части памятника есть еще одна надпись: «Честь и слава погибшим воинам Спецпоселения Нура в годы Великой Отечественной войны».
Люди заканчивают субботник. Кто-то из активистов просит меня, чтобы я огласил их просьбу к городским властям: люди просят помочь им в установке общей ограды, чтобы козы не лакомились молодыми дубками. А еще не мешало бы отремонтировать автобусную остановку, которая неподалеку от памятника.

Субботник заканчивается. Люди собираются возле памятника. Одна из женщин тихо читает молитву. Объявляется минута молчания. Потом кто-то произносит:
- Мне кажется, что они сегодня были рядом с нами.
Геннадий Салишевич Шамиданов опять читает свои стихи:
А время, словно дворник,
Сметёт - и всё в порядке.
Оставив для кого-то
Воспоминания след…

Игорь Калугин.
Фото Расимы САЛИХОВОЙ.

Ещё больше новостей – на нашем канале. Читайте нас в Телеграм Газета «Белорецкий рабочий» https://t.me/belrab