Они приближали Победу

Домой с фронта не вернулись более 10 тысяч белоречан. Не было семьи, которая бы не оплакивала погибшего родственника. На этом снимке мои дедушка и бабушка - Соседовы Иван Ильич и Дарья Алексеевна. Дед родился в 1907 году в Тамбовской области, в 1939 году с семьёй приехал в Белорецк. Утроился работать в Горкомхоз, на конный двор. После начала войны был призван в ряды Красной Армии и отправлен на фронт. Попал под Ленинград, где и погиб 9 мая 1942 года.
Память о нём хранят письма-треугольники, которые он успел написать своей жене с фронта. Эти послания, полные любви, заботы и переживаний, до сих пор бережно хранятся в нашей семье.
Счастливые семьи встретили пришедших с войны героев. Их рассказы об огненных годах Великой Отечественной мы передаём из поколения в поколения. Об этом забывать мы не имеем права.

Из воспоминаний ветерана войны Николая Александровича Корнилова: «21 июня 1941 года для нас был просто субботний выходной день. Те, кто имел
возможность, отдыхали от службы. Мы наводили порядок в казармах, мылись в бане, писали письма родным. Настроение было хорошее. С наступлением
темноты провели специальные ночные стрельбы, после чего прозвучала команда: «Отбой!» Ночью пограничный наряд доложил, что на противоположном берегу Буга слышится передвижение войск. Об этом было немедленно сообщено по инстанции начальнику комендатуры капитану Куракову. Мы получили приказ усилить охрану и быть предельно осторожными и внимательными, не поддаваться на провокации. Предчувствие чего-то недоброго встревожило и соседние с нами заставы. Телефоны не смолкали. Приказы, донесения, сводки наблюдений, информация - всё это срочно передавали руководству и получали на заставах. Неоднократно приходили предупреждения быть начеку. Спать не хотелось, нервное напряжение оказалось предельно высоким. Около четырёх
часов утра нас оглушили разрывы снарядов и мин. И тут же мы ощутили с противоположной стороны массированный артиллерийский и миномётный огонь,
который вёлся по всем нашим боевым позициям. К большому сожалению, ответного удара мы не нанесли. Наши дзоты и доты молчали, по какому-то недоразумению подразделения РККА были сняты с позиций. Часть офицеров оказалась в отгулах. В связи с этим я как заместитель командира погранзаставы принял руководство на себя, поднял личный состав в ружьё. Тут же доложил о нападении на нас в комендатуру.
После массированной артподготовки немцы форсировали реку Буг и начали наступление на нашу заставу. Они шли нагло, с засученными рукавами, будучи
уверенными, что их артиллерия сделала своё дело. Эта уверенность и подвела их. Мы встретили врагов всеми имевшимися огневыми средствами. Первая атака агрессоров была отбита, причём с большими для них потерями. Немцы были ошеломлены, и на какое-то время наступило наряжённое затишье. Для нас эта передышка оказалась полезной. Минут через двадцать вновь возобновилась артподготовка. Фашисты снарядов не жалели. Теперь же в атаку они пошли более осторожно. Но и на этот раз успех был на нашей стороне. И снова повисла тягостная тишина, которая длилась достаточно долго. К этому времени передовые части немецких войск были уже далеко за нашей заставой. Мы же не знали, что хочет предпринять враг. Когда немцы в третий раз предприняли атаку, то на помощь им пришли бомбардировщики. Это было ужасно. Казалось, всё живое и неживое смешалось с небом и землёй. Все постройки нашей заставы были стёрты с поверхности земли. Но многие огневые позиции уцелели. И эту третью атаку нам удалось отбить. В середине дня по чудом ещё работавшей связи мы получили приказ на отход от границы. Но мы оказались блокированы противником. Пришлось отражать атаки немцев до наступления темноты. Затем мы приняли единственно правильное в той ситуации решение - пробиваться с боем. Высланная нами разведка не вернулась, тогда мы решили идти напролом. Договорились в случае удачи собраться в определённом месте. Миновать посты врага всем не удалось, но и большого отпора мы не встретили, тем более что не было и преследования (немцы всегда боялись темноты). К утру мы благополучно вышли к своим войскам».

Из воспоминаний В. Панфилова, бывшего пулеметчика: «В октябре 1940 года мы, 28 белоречан, отправились на военную службу. Тепло проводили нас
товарищи по работе, родные, знакомые. Весело было в нашем вагоне: музыка, песни. К нам приходили призывники из других вагонов. А менее чем через год началась Отечественная война. И вернулись домой только трое. Мне особенно запомнились дни в начале 1942 года. Идем третий день к фронту. По вспышкам ракет определяем: до передовой километров десять. Мороз градусов 25. Небо затянуло сплошными облаками. Идёт слабый снежок. Раздается команда:  "Привал". Подошла кухня. Хлеб пилим пилой. Пробовали топором - не получается, летят одни крошки. Суп пополам со льдом. После короткого отдыха пошли по льду реки. К полуночи тучи разошлись, и показалась полная луна. Вдруг откуда-то над нами появилась «рама» (немецкий разведывательный  самолет), покружилась и улетела. Минут через 20-30 начался артиллерийский обстрел. Снаряды рвались рядом. Они пробивали лед, обдавая нас осколками и
водой. Появились первые убитые и раненые. Но мы упорно продвигались вперед. И вдруг услышали глухой лай собак. Мы остановились и замерли. Послали двух разведчиков. Они вскоре вернулись и доложили: немцы впереди. Я пополз по снегу, перевалил через сугроб и взглянул. Передо мной в 50 метрах было черное пятно - пулемётный расчет немцев. Я выпустил по нему весь диск ручного пулемета. Мы с криком «Ура!» бросились вперед и вскоре уже бежали по улицам села. Я с товарищами ворвался в здание школы. Вошли и удивились. Посередине школьного коридора стояла ёлка. На ней горели свечи и висели игрушки. В соседней комнате были запасены вино и закуска. Всё это в спешке было брошено. А в центре села уже собрались жители - старики, женщины и дети. Они встречали нас традиционным хлебом и солью.
Через час, не успев ни закусить, ни обогреться, мы двинулись дальше. Надо было освободить от фашистов ещё один населенный пункт и выйти к железной
дороге. К вечеру того же дня боевая задача была выполнена».

Из воспоминаний Суфияна Ямалетдиновича Якупова, бывшего волочильщика цеха № 4 Белорецкого металлургического комбината: «Было это под  Сталинградом. Шёл жаркий бой. Фашисты лезли напролом, стремясь занять высоту. Задача нашего подразделения - не позволить немцам воспользоваться ею, сорвать их попытку. Наши бойцы вели смертоносный огонь по врагу. Несмотря на зимнюю стужу, стволы пулеметов раскалялись. Повозки не успевали подвозить боеприпасы. Я тогда как раз служил в команде по доставке боеприпасов. Колёса повозок по ступицы тонут в снегу. Лошади измучились, не тянут. Чтобы помочь им, мы то и дело перекладывали ящики с боеприпасами то на снег, то на повозку. Снимем ящики, выкатим повозку и снова грузим снаряды.
Нужны были сани. Командир взвода с одним бойцом отправился на их поиски. Меня оставил за старшего. Боеприпасы мы, конечно, доставили ко времени,
но стоило это нечеловеческих усилий и крови: командир взвода с бойцом не вернулись. Были убиты. Вскоре и я отправился на поиски саней. По дороге увидел стог сена, направился к нему. Заметил два свежих следа, насторожился. Подойдя ближе, увидел переворошенное сено. Только дотронулся до него, как из-под стога выскочили два немецких солдата. Они подняли руки, закричали:
- Гитлер капут!
Немцы были в сапогах, промерзли до костей. Позже за своевременную доставку боеприпасов и поимку двух вражеских солдат я был награжден медалью «За отвагу». 

Из воспоминаний Павла Фёдоровича Алексеева, Героя Советского Союза: «К концу апреля 1945 года наши войска освободили от фашистских захватчиков почти всю Словакию и вступили на территорию Моравии. В это время на оккупированной территории Чехословакии действовали войска группы армий «Центр» и «Австрия». Наш гвардейский штурмовой авиаполк входил в состав 1-го Украинского фронта. Взаимодействуя с танковыми армиями, которые прорывались к Праге с севера, мы беспощадно громили отчаянно сопротивлявшихся гитлеровцев.
Я выполнял свой 140-й боевой вылет. Был он очень эффективным, но для меня лично трагичным и последним на войне. Мы, четверка «ИЛов», вести которую было поручено мне, штурмовали фашистские танки. Сбросив бомбы на цель, били реактивными снарядами, из пушек и пулеметов уничтожали ошалевших от страха и разбегавшихся в панике фашистов. При отходе от цели нас атаковали двенадцать истребителей «Фоке-Вульф-190». Используя то, что у нас не было истребителей прикрытия, они всей группой навязали нам неравный бой. Мы приняли его. Заговорили крупнокалиберные пулеметы. Горели, падая,  фашистские стервятники.
Но и нам было нелегко. Меня атаковали сразу четыре истребителя. На каждой из этих модернизированных машин было по четыре пушки. Шестнадцать
пушек одновременно ударили по самолёту. Удар пришелся по самым уязвимым местам - маслорадиатору и бензобакам. Самолёт загорелся.
На горящем неуправляемом самолёте я врезался в землю. Удар смягчило крыло, но он был настолько сильным, что я потерял сознание. От верной гибели меняспасли наши танкисты - вытащили меня из горящего самолёта и отправили в санбат.
Состояние моё оказалось тяжелым, сильно обгорело лицо, я лишился зрения, получил сотрясение мозга. Были повреждены нога, обе руки, позвоночник, сломаны несколько ребер. В санбате заключили, что я останусь слепым, и отправили во фронтовой госпиталь. В полку меня считали погибшим. Но молодость брала свое. Через три месяца зарубцевались ожоги на лице, а главное - вернулось зрение.
Чуть оправившись, я сбежал из госпиталя и вернулся в родной полк, но по состоянию здоровья летать не мог и был назначен надолжность штурмана дивизии».

Из воспоминаний Н. Атауллина, участника Парада Победы: «У каждого человека бывают в жизни счастливые минуты. Для меня надолго сохранился в памяти день 24 июня 1945 года. Тогдав честь победы над фашистской Германией в Москве, на Красной площади, состоялся парад войск, в котором мне посчастливилось участвовать. День выдался хмурый, с утра прошёл проливной дождь, но ничего не могло испортить настроения победителей. К десяти утра сводные полки десяти фронтов, состоящие из героев Отечественной войны, во главе со своими полководцами, прославленными генералами и маршалами, одетые в парадную форму, выстроились перед мавзолеем В.И. Ленина на Красной площади. Члены правительства, гости, маршалы во главе с Верховным главнокомандующим занялисвои места на трибуне Мавзолея. Кремлевские куранты отбили десять раз. Из Спасских ворот Кремля для принятия Парада Победы выехал один из прославленных полководцев Отечественной войны маршал Советского Союза Г.К. Жуков. Раздалась торжественная команда командующего парадом маршала Советского Союза К.К. Рокоссовского.
- Парад, смирно! Равнение налево!
Парад начал правофланговый сводный полк Карельского фронта. За ним - Ленинградский,Прибалтийский и все остальные фронты. Звучат фанфары, поют славу оркестры, гремят пушечные салюты. Начался церемониальный марш сводных полков. В ореоле немеркнущей боевой славы торжественно шли победители по Красной площади. Над ними реяли боевые знамёна. Под этими знамёнами советские воины сражались, умирали и побеждали.
Мне особенно запомнился торжественный момент: двести бойцов, двести Героев Советского Союза под барабанный бой бросили к подножию Мавзолея двести знамен разбитой гитлеровской армии. По ним прошли победители: пехотинцы, артиллеристы, танкисты, казаки Дона, Терека, Кубани, воспитанники суворовских училищ. Гул танковых моторов, артиллерии, самолетов в воздухе и победная поступь победителей возвестили всему миру о нашем празднике. Родина чествовала победителей».

Подготовил по книге«Мы - выстояли! Мы - победили!»
Андрей ТКАЧЁВ.

Ещё больше новостей – на нашем канале. Читайте нас в Телеграм Газета «Белорецкий рабочий» https://t.me/belrab