Что сказал Глава республики

12 ноября 2015

12 ноября в Уфе состоялся Медиафорум, в рамках которого Глава республики Рустэм Хамитова ответил на ряд животрепещущих вопросов, которые задали журналисты республиканских, городских и районных газет.

Вместить все вопросы и ответы на них Главы республики,  весьма сложно, разговор длился более трех часов. Мы постарались выбрать наиболее значимые темы в этом содержательном диалоге.

 

Об обеспечении безопасности пассажиров

«Если речь идет об авиационном транспорте, то главную нагрузку в этой деятельности несут, прежде всего, авиационные компании, в том числе и сотрудники нашего международного аэропорта «Уфа». Сегодня повышенное внимание ко всем процессам, которые происходят на территории  аэропорта. Имеется в виду, что и багаж, и досмотр пассажиров, и прилегающие территории находятся под постоянным контролем. Ни для кого не секрет, что аэропорты работают по состоянию повышенной готовности во всех смыслах: в части бдительности, работы с пассажирами, контроля над тем, как люди себя ведут и т.д. Это вполне оправданные меры предосторожности, потому что действительно существуют риски того, что часть агрессивно настроенных людей может попытаться каким-то образом реализовать планы по запугиванию пассажиров, более того, по попыткам нанесения ущерба и имуществу аэропорта, и самолетам.

С другой стороны, эта ситуация не является чрезвычайной. Она рабочая. Просто надо понимать, что в какие-то моменты времени, когда люди с повышенной агрессивностью, с ненормальной психикой подогреваются теми материалами, которые они видят по телевидению, читают в интернете, надо быть просто внимательными. Власть всегда работает в таком режиме, в повышенном ожидании каких-либо чрезвычайных происшествий и ситуаций, в состоянии возможности быстрого реагирования на всё, что происходит.

Сегодня мы должны быть бдительными. Наш уфимский аэропорт хорошо оборудован, входит в десятку крупнейших аэропортов Российской Федерации. Будем работать над тем, чтобы наши люди не испытывали дискомфорта, чувства страха при перелетах, чтобы этот риск отодвигался. Я сам довольно часто летаю и встречаюсь в салонах с пассажирами, общаюсь с ними и вижу, что в целом ситуация нормальная, страха нет. Это главное.»

О судьбе шихана Торатау.

«Башкирская содовая компания» - предприятие очень важное для нашей республики. Это крупный налогоплательщик. На содовом производстве работает более 2 000 человек. А всего на объединенном предприятии – «Каустик» и «Сода» – работает около 10 тысяч человек. Безусловно, мы в ответе за судьбу этого предприятия. Республика является крупным акционером – 38 процентов акций этой объединенной компании у нашей республики. Поэтому – первое и главное – предприятие должно жить и работать. Люди должны получать зарплату и быть уверены, как дальше будет развиваться предприятие.

Второй вопрос – сырьё, сырьевое обеспечение.

Вы знаете, что имеющегося сырья – гора Шахтау – на сегодняшний день хватит максимум на пять лет. Это надземная часть, то, что осталось от горы Шахтау. Под землёй тоже есть месторождение известняка, разведанное на глубину порядка 100 метров. На баланс поставлены подземные запасы под горой Шахтау – порядка 60 млн тонн известняка. Реально, конечно, этих запасов хватило бы – даже при разработке 4 млн тонн в год – ещё лет на 15-20. Пока неизвестна гидрологическая ситуация на этом подземном месторождении. По разным оценкам, приток воды в предполагаемое месторождение достаточно большой, и при разработке подземной части карьера придётся бороться, в том числе и с водой, прибывающей из Белой, Селеука. Но этот вопрос пока открыт. На самом деле, там крупных исследований не было.

В то же время будоражат аппетиты горы, которые окружают существующий карьер. Это, прежде всего, Торатау, Юрактау и Куштау – три наших знаменитых шихана. По этим шиханам на сегодняшний день обстановка следующая.

Два из них – Юрактау и Торатау – являются охраняемыми природными объектами. 50 лет назад Правительство республики  фактически одним постановлением определило значительное число природных объектов, которые имеют статус особо охраняемых. В их число вошли озера Кандрыкуль, Аслыкуль, ещё ряд объектов и две горы – Торатау и Юрактау. На сегодняшний день нет никаких оснований для того, чтобы снять статус природоохранных объектов с этих гор. Этот статус присвоен горам, потому что на них произрастают краснокнижные растения – их достаточно много.  Безусловно, на сегодняшний день даже снять статус с этих гор невозможно. А раз невозможно снять статус, то и разработка этих гор невозможна.

Есть и вторая причина, по которой шиханы должны  оставаться памятниками природы. Это нежелание жителей Республики Башкортостан – не только жителей Ишимбая и Ишимбайского района – отдавать эти памятники природы в разработку.

Были проведены соответствующие социологические исследования. Они датируются маем, июнем, сентябрём и октябрём 2015 года. Опрошено суммарно более 6 000 респондентов. 70 процентов опрошенных сказали «нет» разработке шиханов.

Это колоссальная цифра.  Жители нашей республики сказали однозначно: «Нет, не поддерживаем разработку шиханов, должны быть найдены другие варианты обеспечения сырьём «Башкирской содовой компании».

Это два главных фактора, которые на сегодняшний день охраняют шиханы:

1) статус;

2) нежелание жителей республики отдавать эти горы в разработку.

Возникает вопрос: где взять сырьё?

Вы знаете, что на сегодняшний день существует такая точка зрения, что, кроме Торатау, другого источника сырья для «Башкирской содовой компании» нет. Хочу сказать, что это неправда.

Более того, последние полгода наши министерства по моему поручению занимаются детальным изучением ситуации по обеспечению сырьём «Башкирской содовой компании». Дело в том, что известняк – это широко распространенный минерал на территории Республики Башкортостан. Его очень много – не сотни, а миллиарды тонн. Он у нас буквально под ногами. Вся территория, прилегающая к Стерлитамаку, Ишимбаю, – это зона широкого распространения известняков. Достаточно давно, десятилетия назад были проведены соответствующие изыскания по Каранскому, Гумеровскому месторождениям. Кроме того, у нас есть активные проявления известняка в Архангельском, Баймакском, Абзелиловском районах, Сибае. Одним словом, известняка у нас очень много.

Геологов ориентировали на поиск сырья сверхчистого, а в производстве в это время использовали сырьё, скажем так, второй категории. Это противоречие было замечено буквально недавно. И когда результаты геологоразведки стали пересматривать под углом совпадения известняка с тем, который используется сегодня на месторождении Шахтау, выяснилась очевидная вещь – таких месторождений, соответствующих критериям месторождения Шахтау, у нас очень много. И фактически «рассыпается» гипотеза о том, что, кроме Торатау, других источников сырья в республике нет.

Следующий момент – надо найти месторождение, которое было бы экономически выгодно для «Башкирской содовой компании». Оно должно быть близко.

На сегодняшний день я имею чёткое представление и дал поручение членам Правительства заниматься реализацией следующего:

1) с учётом того, что шиханы являются особо охраняемыми природными территориями, что 70 процентов жителей республики против разработки этих гор, не рассматривать шиханы в качестве источника сырья для «Башкирской содовой компании»;

2) в ускоренном варианте провести доразведку Гумеровского, Ташлинского месторождений, поставить их на баланс как сырьё для химической промышленности и, начиная с 2017 года, приступить к формированию всей необходимой транспортной, производственной инфраструктуры, которая нужна на новых карьерах; и, таким образом, решить вопрос обеспечения сырьём «Башкирской содовой компании».

Этот путь – неконфликтный. Он обеспечивает компанию на долгие десятилетия вперёд качественным сырьём и позволяет уйти от какой-либо общественной напряженности вокруг разработки шиханов.

Коль скоро у нас есть желание сохранить горы, есть прямое указание от жителей республики их не трогать, то мы обязаны найти альтернативный источник сырья. И мы его найдём. Я надеюсь на благополучное завершение этой истории, и шиханы будут сохранены для наших потомков.

О развитии Уфы

Но Уфа – это вывеска, главные ворота нашей республики. Оценку республике дают по тому состоянию, в котором находится наш город.

Конечно же, планы очень большие. Они в этом смысле сопряжены с переустройством промышленных зон, с выносом за пределы города тех промышленных площадок, которые на сегодняшний день есть и совсем не украшают наши территории. Но здесь есть и проблема. Дело в том, что приборостроительные, агрегатные предприятия, расположенные на территории Уфы, не являются нашими, это федеральная собственность. Федералы как всегда – правильно, наверное – говорят: «просто так мы отдать не можем – покупайте» или пытаются выставить на аукционы часть имущества и земельных ресурсов, которые у них есть. Там у нас слабое место и на сегодняшний день неурегулированное.

Второе. Мы должны вовлечь людей в благоустройство наших городов и посёлков. Власть одна не справится с этим. Это абсолютно точно. Нет у власти ни сил, ни ресурсов для того, чтобы в одиночку вытянуть всё многообразие проблем, которые на сегодняшний день есть. Нужно вовлечь людей в сохранение наших городов и посёлков, чтобы ощущали себя хозяевами, понимали, что это мой дом, моя территория, моя дорога, мой населённый пункт, я должен делать всё, чтобы он был красив.

Третье. Мы должны вырастить свой отряд архитекторов, ландшафтных дизайнеров, специалистов, которые могли бы правильно подсказать, что и как нам делать. Но до последнего времени таких людей не было. Всё было упрощённо и примитивно в подходе оформления городских улиц, наших территорий. Сейчас всем нравится облагороженный парк Лесоводов, там хорошо, можно гулять. Там, конечно, работу не завершили. Просто, забегая вперед, хочу сказать, что мы хотим перевести его в разряд особо охраняемой природной территории. Для чего это нам нужно? Чтобы ни у кого никогда – ни сегодня, ни завтра, ни в последующие годы – не поднялась рука, чтобы «оттяпать» и построить там многоэтажное и нужное для частного инвестора, но не очень важное для горожан сооружение.

Уфу привели в порядок имеющимися силами, не привлекали кого-то из-за рубежа, не было архитекторов – просто мобилизовались и всё. Денег, на самом деле, ушло немного. Но результат налицо. Такая внутренняя культурная мобилизация должна быть. Её на сегодняшний день недостаточно. Но движение вперед есть.

О  внутреннем туризме

«Тема стародавняя, очень больная – места массового отдыха наших граждан, жителей. В 2010 году, когда я только начал работать, поехал на Нугушское водохранилище, увидел, какое огромное количество палаток на берегу этого озера, поинтересовался, есть ли там хоть какие-нибудь минимальные удобства. Оказалось, что нет. Одно из первых моих поручений было начинать наведение порядка в таких местах. Вполне понятно, что я получил сопротивление (это особенности работы), в том числе и со стороны местного начальства. Тем не менее, мы продолжали эту работу. На сегодняшний день минимальный порядок там наведён, но это не то, что нам нужно.

Мне нравится подход в Давлекановском районе. Там глава работает сравнительно недавно, буквально четыре-пять месяцев, но уже занят разработкой технического задания на формирование зоны отдыха на Аслыкуле, который будет включать в себя и автомобильные стоянки, и строительство пансионатов, отелей, яхт-клуба и т.д.

Сегодня с учётом того, что внутренний туризм начинает брать своё, спрос большой, а предложений на самом деле мало, с учётом событий последних дней, закрытия египетского направления, когда десятки тысяч людей не могут реализовать свою мечту об отдыхе, конечно, строительство таких объектов в туристической отрасли является сверхприбыльным.

Я не могу себя поставить на место капиталиста, бизнесмена, предпринимателя и говорить: «если бы я был на их месте, я бы сделал то-то и то-то». Но реально ситуация подсказывает – беги впереди своего крика, визга и старайся сегодня просто-напросто строить эти площадки, базы отдыха, пансионаты. Посмотрите, какая у нас ситуация в Мраткино, Белорецкий район: модернизирована гора – южный и северный склон, поставлены современные кресельные подъёмники, подготовлены новые трассы с системой искусственного снега – всё есть, а инфраструктуры нет.

Начинаешь искать большого инвестора, чтобы он пришёл и построил хороший комплекс с отелем, рестораном, развлечениями. Нет таких. Все бегут и говорят: «Дай мне сотку, дай мне две». И хотят там построить «курятники». Не дадим строить «курятники».

Сейчас мы близки к завершению переговоров по поиску инвестора для Мраткино, но повторять судьбу Абзаково, в меньшей степени озера Банное, Якты-Куль мы не хотим. Надо, чтобы там всё было сделано цивилизованно.

 Я говорю – объединяйтесь, возьмите четыре-пять желающих, придите и скажите: «У нас есть ресурсы, наш суммарный капитал 200 млн рублей, мы построим хорошую базу», получайте, работайте. Почему нет? А мельчить и портить всё, что там есть, мы не дадим.

О сельском хозяйстве

 Тема сельского хозяйства столь глубока и обширна, что страшно подступать к ней даже на словах. Зайдя туда, сложно выйти обратно целым и невредимым.

Сегодня для нас наступил момент истины. Мы должны не одномоментно, но принимать решения по модернизации села. Дело в том, что наше село сегодня живёт и работает в модели середины XX века.

Мы всё ещё используем те же агротехнологии, а что-то ещё и потеряли с точки зрения удобрений, гербицидов, пестицидов, защиты урожая, логистики, складирования. Нужен новый подход, новый взгляд. Этот взгляд предполагает формирование крупных предприятий, которые должны начинать работу в формате «от поля до прилавка», как вертикально интегрированные компании в нефтяном деле работают «от скважины до бензоколонки».

У нас есть прообразы таких действующих структур, в частности, совхозы «Алексеевский», «Рощинский». У нас есть частные хозяйства, которые демонстрируют такого рода работу. Но их критически мало. У нас нет ни одного флагмана, который бы вырабатывал агропродукции на 15-20 млрд рублей. У наших самых больших предприятий «Алексеевского», «Рощинского» ежегодный объём продукции составляет 1,2-1,3 млрд рублей. Российскую «пятидесятку» успешных предприятий в сельском хозяйстве возглавляет компания «Мираторг», которая работает в Брянской области. Её оборот – 86 млрд рублей. Почувствуйте разницу. В Белгородской области есть предприятия, которые работают с оборотом 25-30 млрд рублей. Это суперсовременные автоматизированные комплексы по производству свинины, мяса птицы, которые используют самые новые технологии. Они используют генетические фабрики по производству поголовья свиней, птицы. Мы первую генетическую фабрику запустили только в этом году. С опозданием по отношению к лидерам лет на 15. Вот где мы сегодня находимся.

Когда я с коллегами увидел состояние наших ферм, увидел, как доярки вёдрами таскают молоко, то понял, что мы просто на краю пропасти. Нам дальше в таком состоянии оставаться нельзя. Первое, что пришло в голову, – принять программу «500 ферм»: модернизировать доильные залы, переоборудовать наши фермы, культивировать там беспривязное содержание скота, сформировать площадки для хранения корма. И эта программа дала эффект. Может быть, не так быстро и не в таком объеме, как нам хотелось бы, но эффект есть.

Выросла производительность труда на 15-20 процентов. Хорошо выросло качество молока, потому что там не вёдрами таскали молоко, а задействовали молокопроводы. И качество молока из разряда второй категории перешло в высшую категорию. Появились примеры образцового труда, образцовой деятельности. Улучшились показатели экономической деятельности. Но это всё равно мелкотоварное производство. Это фермы с поголовьем 300-400 голов. Это немного.

Но сейчас мы уже зашли на ряд крупных проектов. Например, компания «Дамате» в Буздякском районе начала строительство следующей очереди. Первая очередь была в Пензе, вторая в Тюмени. В 2016 году планируем выйти на строительство комплекса на 6 тысяч голов дойного стада. Это уже «фабрика молока», которая в год будет давать до 70-80 тысяч тонн молока. В Ишимбайском районе у нас есть площадка на 3-4 тысячи голов, в Белокатайском районе – на 3-4 тысячи голов.

Но это всё пришлые инвесторы. Это люди из Москвы, Московской, Ярославской областей. Они приходят к нам и строят. А где же наши батыры?.. Сегодня в Мелеузе идёт строительство линии по производству твёрдых сыров. Тоже из Москвы – 900 млн рублей инвестиций. Это хорошо для нас. Но где вы, наши джигиты и красавицы, которые могли бы поднять сельское хозяйство. Ведь люди начинали точно так же, с нуля, с кредитов. И сегодня они строят за кредиты.

Мы как государство готовы помогать нашим «крупнякам». Но вот говорят: «Нет, мне не надо. У меня есть 300 голов. Мне не надо тысячу голов, а тем более две тысячи. 300 голов меня кормят. У меня «джипчик» есть. Я готов этим жить, довольствоваться, и мне больше не надо. Больше – это значит надо влезать в долговую кабалу, брать кредиты, а они дорогие. А вдруг там что-нибудь ещё произойдет в экономике, и я никогда не рассчитаюсь».

В общем, необходим этот сложный переход от архаичного сельскохозяйственного производства к передовому, крупномасштабному, современному, с высокой производительностью труда. Не знаю, удастся ли сделать это при жизни одного поколения. Но начинать такую работу нужно.

Мы достаточно много средств направляем в развитие сельского хозяйства. Будем думать о том, чтобы по некоторым направлениям аккумулировать эти ресурсы. Не тонким слоем размазывать «всем сестрам по серьгам», а аккумулировать. Например, где-то надо продвинуть тему овцеводства. Это сегодня яркая, важная, но рыночно не очень привлекательная отрасль, потому что там нет супердоходов, как при выращивании птицы или свинины, инвестиционный цикл очень долгий. При производстве говядины инвестиционный цикл – 15 лет, в проект надо заходить надолго, чтобы получить прибыль. Значит, будем помогать таким фермерам, структурам, которые готовы работать в этой части.

Мы пересматриваем подходы. Стратегия будет принята в следующем году. Безусловно, я бы хотел раньше. Но и сообщество аграриев должно осмыслить то, что мы им предлагаем. И Министерство сельского хозяйства должно стать другим. Оно не должно ездить по полям и считать колоски, оценивать урожайность. Это ещё в лучшем случае. А в худшем – приехал, «залёг» в хозяйстве на недельку и живёт там припеваючи: за грибами, ягодами ходит. Такого не должно быть. Министерство сельского хозяйства – это организация, которая ищет инвестиции, подтягивает ресурсы и задаёт новые тренды в сельском хозяйстве.

То же самое и муниципалитеты. Некоторые из них сегодня расслабились в этой части. Хорошо быть главой успешного муниципалитета, которому дают бюджетные деньги на строительство детского сада, школы, дороги, газопровода и т.д. А кто будет заниматься селом? Кто будет там находить дееспособных людей, ориентировать их на повышение производительности труда, на необходимость взятия кредитов, на повышение финансовой грамотности? Сложная работа, не для одного поколения. Но некоторые субъекты Российской Федерации, правильно сориентировавшись, вовремя создали модель крупнотоварного российского производства. Этих субъектов мало: Белгородская, Ленинградская, Брянская, Липецкая, Тамбовская области. «Прозевали» эту позицию 10-12 лет тому назад, но стартовать всё равно придется – жизнь заставляет.

Сейчас импортозамещение и всё остальное. Вот мы говорим: «Ах, у нас нет чего-то там вкусного из-за рубежа». Но на самом деле производить это вкусное не так уж и сложно. Да, нужна культура производства, нужны знания, умения, нужен специальный аппарат. Был в Италии на выставке, встречался там с сыроделами. Есть установки, которые в день перерабатывают 150 л молока, а на выходе – сыр моцарелла. Есть там ещё кисломолочный продукт, рикотта называется. Есть огромные установки, которые перерабатывают по 150-500 тонн молока. Пожалуйста, приезжай и покупай. У них есть представительство в Москве, они готовы приехать и обучить. Мы договорились, что одна из фирм проведёт такие курсы, привезут установки, смонтируют. В Москве у них есть такой учебный центр, куда мы будем направлять наших специалистов. Будут обучать делать эти мягкие и твёрдые сыры.

Чем Запад лучше организован в сельскохозяйственном производстве? Там есть крупные товарные хозяйства с высокой производительностью, где выработка на человека по несколько миллионов евро в год. А есть сельские «кооперативчики», в которых выпускают колбасу, молочную продукцию, выпечку. У нас этого нет, той части, которая бы производила не только сырое молоко, но и готовую продукцию. У нас нет кооперации. Как нашего человека скооперировать со своим соседом? Того, кто мне подскажет как это сделать, я сразу возьму в свои советники. Только нужен правильный совет, правильная подсказка. Почему наши люди не объединяются в кооперативы? Что их держит? Почему нет веры друг другу? Почему нет товариществ, кооперативов на вере? Почему там есть и почему у нас нет?

Многие из вас сельские жители, сельские корреспонденты. Что отталкивает людей друг от друга? Почему не объединиться пяти хозяйствам? Будет всего 10 га земли. Вырастим немного зерновых, кормовых, овощей. Один будет перерабатывать, другой продавать. Вот разделение труда, вот нормальный кооператив, который мог бы нормально работать. Можно на пятерых купить один трактор, и будет прообраз сельскохозяйственной артели. Неужели у нас земли мало? Нет. У нас нет возможностей для производства? Есть. Что мешает? Вы как корреспонденты начинайте говорить об этом. Да, одномоментно человек не может найти 100 тысяч рублей на то, чтобы купить установку на производство сыра или простейшей колбасы. У одного человека нет, но впятером, скинувшись, можно такую установку приобрести. Вы вложили 100 тысяч, и мы вам 50-100 тысяч. И это будет правильная поддержка сельского хозяйства. Не так, как задавались вопросом: «Что вы дадите молодому специалисту?». А пусть он заработает на этой установке, пусть он потрудится. В таком формате мы, конечно, будем работать, будем действовать.

Модернизация сельского хозяйства нам необходима, это веление времени. Либо мы проигрываем конкуренцию, что недопустимо ни при каких раскладах. Либо мы с вами, перестроившись, потихоньку будем переходить к современным результатам. Это значит, что выработка в сельском хозяйстве на человека в сегодняшних ценах должна быть минимум 2-2,5 млн рублей, а не 700 тысяч, как у нас сегодня с вами.

700 тысяч! Отсюда и маленькая зарплата – неэффективный труд. Нам нужно пять-семь крупных агрохолдингов, их не нужно 50. И нам нужно мелкотоварное производство с выпуском готовой продукции на рынки.

В Милане рассказали, что ярмарки – общераспространенное явление. Недалеко от выставочного комплекса «Экспо-2015» работала колоссальная ярмарка. Причём улица с двух сторон заставлена симпатичными прилавками. Продают и одежду, и обувь, и продукты питания: сыры, фрукты, овощи. И улица уходит в бесконечность. Стесняться таких форм работы тоже нельзя. Иногда мне городские власти говорят, что у нас никто ничего не покупает, что всё хлопотно. Покупают! И там покупают, и у нас есть люди, которые в силу разных причин вынуждены покупать товары на рынке. Есть и перепродавцы, есть и спекулянты. Это другая тема.

В целом по сельскому хозяйству. «500 ферм» – это хорошая, добротная программа. Помощь в покупке сельскохозяйственной техники мы оказываем приличную – до 50 процентов поддержки при покупке комбайнов, тракторов, другой техники.

Недавно был случай, мне так было стыдно за этих людей. Узнал, что человек купил новый комбайн со скидкой 50 процентов, мы ему возместили половину стоимости. А он в соседнюю область продал этот комбайн за 75 процентов от цены, и эти 25 процентов разницы положил себе в карман. Вот совесть есть у таких людей? Даже на этом пытаются делать бизнес. Условно комбайн стоит 4 млн рублей, он заплатил эти деньги. Мы ему 2 млн компенсировали, а он за 3 млн продал, миллион кладет себе в карман – и всё. Но мы эту схему засекли. Теперь уже условия такие, что получатель не имеет права перепродавать, он должен десять лет на этом комбайне работать. Если увидим, что перепродал, то возмещает всю сумму и ещё со штрафом.

Надеюсь, что сегодняшние сигналы, которые мы послали жителям республики и в части экологических, природоохранных дел, в части организации производства, будут услышаны и правильно интерпретированы, послужат хорошим посылом важным делам.

Республика у нас сильная. Мы должны гордиться тем, что мы здесь живем. Нам выпало большое счастье, что мы живем в Башкортостане, что у нас такая территория, что мы с вами такие, что в конечном итоге в любой самой сложной ситуации находим выход.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Навигация

О нас

Реклама

Подписка

Яндекс.Метрика

 

Template Settings

Theme Colors

Blue Red Green Oranges Pink

Layout

Wide Boxed Framed Rounded
Patterns for Layour: Boxed, Framed, Rounded
Вверх

Консоль отладки Joomla!

Сессия

Результаты профилирования

Использование памяти

Запросы к базе данных