Давайте беречь нашу Победу

27 ноября 2017

Мой отец, Андрей Иванович Красавин, родился 1 сентября 1907 года в Верхнем Авзяне в семье куренного мастера. Он был последним, восьмым ребенком в семье.

В поисках работы глава семьи Иван Красавин незадолго до Октябрьской революции с восемью детьми переехал в Зигазу. В его хозяйстве были лошади, пять коров. Сеяли овес, рожь. И дома, и в поле работали, как водится, всей семьей.

В 1917 году грянула революция, затем Гражданская война с разрухой, голодом, холерой, чумой, тифом. Власть в Верхнем Авзяне часто менялась – то белые, то красные. Старшие братья отца ушли воевать. Михаил – за красных, Григорий – сначала за белых, затем перешел на сторону большевиков. 

Коров у Красавиных воюющие стороны порезали. Кроме того, забрали полушубки, тулупы. Красные брали без спросу и грубо, а белые спрашивали вежливо, выписывали вексель со словами: «Командование рассчитается». Красные для перевозки раненых как-то забрали жеребую кобылу, а возницей с нею и десятилетнего Андрея. Спорить было бесполезно. Через три дня мальчишка вернулся с вестью, что кобыла пала. Сам же свалился и заболел воспалением легких. Летом 1919 года после тифа из госпиталя пришел Михаил, заболевший повторно. Ухаживая за ним, заболел тифом и вскоре умер отец семейства Иван Петрович. После окончания учебы в Верхнеавзянском училище Андрей переехал в Зигазу. 

Детство Андрея проходило в двух горнозаводских поселках – Верхне-Авзянском и Зигазинском. Дядя Миша, средний брат отца, как-то рассказывал: «Помылись мы с Андреем в бане, ушли мыться отец с матерью, а мы сели пить чай. Андрей поставил под кран кружку, повернул ручку, а кипяток из него не течет – засорился накипью. Андрей схватил тряпку, обмотал им кран, наклонился и дунул в него. Тут же кипяток из-под верхней крышки самовара плеснул ему на правый глаз. Тут мальчишка завертелся волчком, побежал к заводскому фельдшеру Гусеву. Тот наложил ему на область правого глаза самодельную мазь, забинтовал и проводил со словами: без меня не разбинтовывать! Место ожога постепенно заросло и стало почти незаметным, но правый глаз видеть стал плохо. Пришлось ему учиться стрелять с левой руки и целиться левым глазом. Однако он все же выполнил норматив Ворошиловского стрелка.»

На Зигазинском заводе Ан-дрей вступил в коммунистическую партию. По поручению парткома читал рабочим газеты, вечерами на гармошке вел танцы для молодежи. Был он аккуратным, точным и обязательным. В заботах о людях не жалел ни времени, ни сил. Там же, в Зигазе, он познакомился и в июне 1936 года зарегистрировал брак с моей будущей мамой Нюрой Полетавкиной. 3 июня 1937 года родился я. Работал тогда отец секретарем Зигазинского поселкового совета, решал текущие вопросы для населения рабочего поселка и ближних деревень, проводил занятия с призывниками, проверял работу клуба. Домой возвращался поздно вечером. В 1939 году в качестве инструктора участвовал во Всесоюзной переписи населения. За эту работу получил благодарность от СОВНАРКОМА, которую напечатали в газете «Известия». 

Был он еще одним из руководителей ячейки ОСОВИАХИМа. Помню, однажды привез со сборов полную амуницию кавалериста. Рассматривали мы ее всей семьей. К концу тридцатых годов отец имел громадный авторитет у населения Зигазы. Под благовидным предлогом к нему приходили по вечерам мужики, накрывали стол и долго говорили о сложной мировой политике. Все сходились во мнении, что войны не миновать.

Детская память сохранила много интересных воспоминаний об отце. Особенно запомнилась поездка в Карагаево, в гости к дяде Сулейману. Должно быть, на масленицу, так как угощали нас блинами. Папа, мама и я приехали к нему в кошевке (легких санях). Меня усадили в подушки, хозяйка Сулеймана и моя мама пекли блины. Все о чем-то своем говорили, а дядя Сулейман потчевал меня блинами с медом. Вот я уже наелся до отвала, а дядя берет очередной блин, макает его в мед и сует мне в рот. Он так внимательно ко мне относился, что мне казалось, что я тут самый главный и важный гость.

22 июня 1941 года у нашего дома собралось много односельчан. Кто-то пришел фотографироваться на документы, другие -просто посудачить. Отец вынес свой фотоаппарат и стал снимать всех желающих. И в этот момент через открытое окно из репродуктора голос Левитана стал передавать правительственное сообщение о том, что фашистская Германия без объявления войны напала на нашу Родину.

В следующие полгода отец дважды уезжал на призыв в Белорецк и возвращался с приказом готовить призывников. Но в 1942 году потери армии были столь велики, что в августе папу все же отправили на фронт. Провожали его бабушка, мама и сестра Нютя. Отец

взял нас с сестренкой Полиной на руки, вышел на крыльцо, крепко прижал к себе и поцеловал. Больше мы его не видели… 

В детстве я часто перечитывал его письма-треугольники и запомнил строки, где он пишет, что почерк испортился от того, что в перерыве между боями приходится писать на каске. А в марте 1943 года из короткого письма однополчанина Е.Я. Клестова мы узнали, что отец пропал без вести. Уже в 1946 году тот же Клестов написал нам из Оренбурга, что живым он видел отца восьмого декабря 42-го года, когда отец на лошадях подвозил к передовой снаряды. Он же говорил, что 10-11 декабря авиация немцев усиленно бомбила наш передний край у Свиридовки. Там, вероятно, при взрывах отца и засыпало землей.

В 1991 году нашей маме из Суровикинского военкомата Волго-градской области пришло письмо с сообщением, что рядовой Андрей Иванович Красавин похоронен в братской могиле на хуторе Свиридовка.

Летом 2008 года в эти места ездила моя сестра с детьми, внуками и правнуками, дочь Елена и дочь второй сестры с детьми. Увезли они на могилу горсть уральской земли, поклонились всем, кто погиб в тех местах, чьи имена высечены на мраморных плитах красивого памятника. Поклонились и нашему отцу, о котором семье так долго ничего не было известно. Он вступил в бой, когда решался вопрос исхода всей Великой Отечественной войны. 75 лет назад Сталинградская битва, по сути, повернула вспять ход войны: более 200 дней мужества, скорби и героизма сломали хребет непобедимой гитлеровской армии. И мой отец честно выполнил свою часть тяжелой фронтовой работы, доставшейся в те страшные годы миллионам наших солдат. Нам всем надо свято хранить память о них и беречь добытую солдатами Великую Победу.

Николай Красавин.

Сведения из жизни семьи Красавиных до 1930-х годов взяты из книги сестры А.И. Красавиной-Алексеевой «Пир жизни». История людей. Альманах № 17, Челябинский издательский дом «Губерния».

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Навигация

О нас

Реклама

Подписка

Яндекс.Метрика

 

Template Settings

Theme Colors

Blue Red Green Oranges Pink

Layout

Wide Boxed Framed Rounded
Patterns for Layour: Boxed, Framed, Rounded
Вверх

Консоль отладки Joomla!

Сессия

Результаты профилирования

Использование памяти

Запросы к базе данных